Парализованный Члюфа не мог отойти в сторону. Массивной фигурой он частично преградил инвалидам подступ к трапу, за что получил от вынужденных обходить его ветеранов изрядное количество толчков плечами и тычков локтями. К чужому це-стожу ветераны лехлецы относились безо всякого уважения, его пихали словно приготовленный на выброс, старый шкаф. Хоть и парализованный, но оставшийся в сознании, трунг буквально почернел от лютой злобы, но, как ни силился, раньше срока преодолеть действие газа не мог, и был вынужден молча сносить грубость младших по званию.
Лишь когда це-стож лехлец, следом за последним своим ветераном, тоже ступил на трап, на ходу убирая не нужный больше пистолет в кобуру, мы смогли подобраться к командиру и худо-бедно его растормошить.
Осознав, что снова может говорить, Члюфа бросил в спину почти сбежавшего в челнок обидчика заслуженный упрёк:
— Кретин! Ты кем тут себя возомнил⁈ Что это было⁈
— Обычный заряд парализатора. Специально ношу в «ревельте» обойму для таких шибко рьяных засранцев, как ты, — не скрывая презрительной усмешки, откликнулся развернувшийся на верхней площадке трапа лехлец. — Действие препарата длится три минуты, потом прекращается, не оставляя побочных эффектов.
— Лекцию мне не читай, я прекрасно знаю, чем ты меня шарахнул, — фыркнул Члюфа Грууск, разминая ожившими руками намятые бока. — У меня в голове не укладывается, как ты мог нацелить на меня пистолет! Ведь я же не рух, а такое же жало Империи, как и ты!
— Ты слишком долго был на гражданке, трунг, — хмыкнул лехлец. —Жало Империи и прочие высокопарные понты оставь для своих желторотиков. Здесь, в гостях у рухов, свои негласные нормы и законы. У меня приказ: доставить отслуживших свое ветеранов в целости и сохранности на хоф. А, из-за твоего неадекватного поведения, возникла угроза…
— Да ты попутал, чудило! — возмущенно перебил Члюфа. — С хрена ли неадекватного?.. Твои ж рогатые ублюдки первыми начали нам хамить.
— Не хамить, а учить жизни твоих желторотиков, — ухмыльнулся лехлец, и спокойно продолжил: — Поскольку выполнение приказа оказалось под угрозой срыва, мне пришлось решать возникшую проблему. И я решил — быстро и эффективно.
— Ага! С тобой вот так же эффективно кто-нибудь разобрался бы!
— Если отбросишь эмоции, и спокойно проанализируешь случившееся, поймёшь, что ты сейчас не предъявлять мне должен, а, наоборот, благодарить за избавление от огромных проблем.
— Ну ты… ты!.. — трунг даже задохнулся от возмущения. — Значит, я получаю струю газа в рожу, и ещё должен за это спасибо тебе говорить⁈ Лехлец, да ты просто гребаный психопат! Не понимаю, как такого отморозка, вообще, це-стожем могли назначить!.. Но это дело легко поправимое. Имей в виду, о сегодняшнем инциденте я обязательно сообщу командованию. У меня, вон, целый стож свидетелей. Ты, сука рогатая, нашивок своих живо лишишься!