Единственным безопасным для прочих пассажиров способом отправки нас с Алонсо наружу остался лишь белый портальный луч. Но перед его активацией нам всем в перевернутом салоне пришлось изрядно заморочиться, и как раз-таки потому, что рухнувший вниз и застрявший в деревьях антиграв оказался кверху тормашками.

Сперва общими усилиями пришлось на вытянутых руках подтягивать к потолку и усаживать там задницей кверху в кресло за штурвал пилота. Которым, кстати, из-за серьезно поломанной правой руки не смог быть далее многопрофильный горз Вруст, уступив место за рычагом управления гэручи Ффаффе — к счастью, без серьезных травм пережившей постапокалиптическую болтанку и одной из первых, как нельзя вовремя, оклемавшейся в перевернутом салоне от послеоперационного коматоза. С Ффаффой, к слову, нам повезло вдвойне, потому как кроху гэручи в пилотское кресло под потолком запихнуть было куда как проще, чем здоровяка горза.

Ччверсс, кстати, очухался после падения почти одновременно с соседкой Ффаффой. Вообще эта пару гэручи изрядно нас всех удивила, каким-то невероятным образом намертво сцепившись хвостами во время предшествующей палению сумасшедшей болтанки, обоюдно прибывая при этом в послеоперационном коматозе. Они так и лежали потом до самого пробуждения со крученными в единый неразрывный клубок хвостами.

Ну а разобравшись с пилотом, далее пришлось демонстрировать чудеса акробатики уже нам с Алонсо. Сбросив с плеч временно не нужные и сковывающие движения рогачи, страхуя друг дружку, при поддержке снизу тули Бомпера — вдребезги разбитый визор которого не позволил составить нам компанию, несмотря на наличие так же относительно исправного МБПП — мы с грехом пополам закрепились кверху тормашками под потолком. И по команде Ффаффы, поочередно смещаясь на портальную площадку, телепортировались белым лучом в наружный непроглядный смог. На минимальную, разумеется, от антиграва метровую высоту. Откуда благополучно шлепались на заранее вытянутые руки животами вниз.

Опасаясь соскользнуть с гладкого корпуса, далее мы вынуждены были двигаться по наружному «стеклу» антиграва со скоростью беременных улиток. Аккуратно приближаясь к пленившим летательный аппарат деревьям и, с двух сторон работая тесаками, соответственно, планомерно освобождая корпус от деревянных тисков.

— С моей стороны все чисто, — доложился, как было меж нами заранее условлено, по внутренней связи Алонсо.

— Я тоже вроде закончил, — откликнулся я. И запустив вперед товарища-улитку, также крошечными шажками на карачках посеменил сзади.