— Твою ж мать! Чё сразу-то нельзя было сказать! — взорвался в ответ потоком едкой желчи бомбила, мгновенно растратив весь свой прежний лоск.
— Хи-хи-хи! Так тебе, Шштыгсс — скотина, и надо!..
— Гы-гы-гы! Выкуси, дерьма мышиного кусок!.. — наперебой злорадно запищали сзади двое задвинутых на второй план таксистов.
— Че скалитесь, придурки. Они так-то не только меня, но и всех нас только что, считай, своим спектаклем опрокинули, — рявкнул на собратьев по ремеслу ушлый Шштыгсс.
Но дожидаться куда эта его агитка в итоге вырулит мы, разумеется, уже не стали.
Подхватив нас с Мариной под руки, Ччверсс с Ффаффой утянули в дальний угол паркинга к неброскому серебристому антигравчику, вдвое меньшего, увы, размером алого красавца Шштыгсса.
— И вот за это убожество по пять литариев с носа! — фыркнула в очередной раз Черникина, не удержавшись.
— Фьелка, дафе не нафьинай! — строго осадила ее тут же Ффаффа.
— Мы, вообще, хоть туда вчетвером-то поместимся? — и не подумала послушаться Марина.
— Вот сейчас и проверим, — буркнул досадливо Ччверсс, материализуя из инвентарного хранилища в ладонь серебристый брелок.
Глава 44
Глава 44. Страсти в антиграве
Внутри антиграва места оказалось неожиданно много. Не прям уж простор-простор, конечно, однако ж и, вопреки справедливым опасениям Черникиной, расселись мы по четырем имеющимся креслам без толчеи и толкотни вполне себе свободно.
Ффаффа заняла центральное место пилота за рулевым рычагом. Мы же втроем эдаким треугольником разместились вокруг нашей забавно фырчащей крысючки. По левую руку от неё чутка кособоко (из-за обрубка хвоста) примостился Ччверсс. Справа, аккурат напротив захлопнувшегося наружного проема присела напряженная, как струна, Марина. Ну и сзади — на самом козырном месте — вальяжно закинув ногу на ногу, развалился ваш покорный слуга.
Стены, пол и потолок антиграва, непроглядно серебристые снаружи, внутри салона ожидаемо обернулись прозрачным «стеклом». Спасибо, что кресла хотя бы под нашими задами и спинами оказались непрозрачными, а то последующие воздушные кульбиты в сидячем положении, без видимой опоры, и вовсе грозили превратиться бы для нашего квартета в выносящий мозг сюр. И таки да, забегая чуть вперед, вынужден признать, что наш пилот оказалась тем ещё асом-экстремалом, и пару седых волос мне лично своими фигурами высшего пилотажа она добавила за перелет точно. Для меня так и осталось загадкой: как Ффаффа исхитрялась так виртуозно маневрировать антигравом, при практически неразличимых изнутри, с ее пилотской позиции, «призрачных» габаритах нашего летательного аппарата. При том что реализовывала она головокружительные маневры просто на сумасшедших ускорениях, от которых порой реально закладывало уши, и все мы в тихом ужасе буквально впивался ногтями/когтями в подлокотники своего кресла. В такие острые моменты разница между моим, недоразвитым даже до базового первого ранга, ничтожным процентом развития Левитации и ффаффиной прокаченной до запредельного шестого ранга сферой развития Левитация становилась вычурно очевидной.