Невольно зажмурившись в момент рокового удара, когда через секунду по-прежнему живые и невредимые мы с Черникиной снова открыли глаза, то с изумлением обнаружили себя внутри абсолютно целого летательного аппарата. Более того, наш антиграв продолжал спокойно себе лететь по достаточно просторному (метров семь примерно диаметром) подземному тоннелю. Освещалось это новое подземелье оригинальными дугообразными арками-светильниками, повторяющимися на всем протяжении тоннельного перелета с интервалами примерно в сто метров. Начинаясь от левого края пола, узкая световая полоса пересекала вертикальным росчерком сперва левую стену, затем световым мостиком под потолком перекидывалась на другую сторону и далее падала вниз до пола вертикальным росчерком уже по правой стене. В итоге получалась стильная ярко-белая арка-светильник, пролетать под которой, особенно поначалу, было пипец как захватывающе необычно. Проходящий сквозь невидимый корпус дугообразный белый луч каждый раз на миг ослеплял и казалось просвечивал наши «открытые» тела насквозь.
— Ффаффа, красотуля ты моя, растолкуй мне, уж будь так добра: вот нафига ты сейчас этот нервяк на ровном месте нашим челам-то устроила? — принялся меж тем Ччверсс выговаривать беспечному пилоту (продолжающему, кстати, и дальше игнорить брошенный бесхозно рулевой рычаг). — Ведь договаривались же, что Олегу эта наша экскурсия в припортовый город должна принести исключительно положительные эмоции. Ты же своей выходкой ребяческой нашего бывшего коматозника только что едва до сердечного приступа не довела.
— Прифнаю. Мой кофяк, — покаянно повесила голову Ффаффа. — Фьё-т фатупила. Пофтараюфь больфе не…
— Да ну тебя, — перебил Ччверсс, недослушав. И заговорил дальше уже с нами:
— Челы, вы уже сами наверняка поняли, что только что произошло. Да, кусок бетонной стены, куда мы влетели, на самом деле был голограммой. Маскирующей для чужаков начало уводящего в город перелетного потока. Куда, собственно, стараниями нашей Ффаффы, мы только что так лихо и залетели.
— Поток? — удивился я, понимая теперь причину «преступной» беспечности Ффаффа, демонстративно бросившей рулевой рычаг. — Так этот тоннель?..
— Начало одного из десятков потоков, стартующих от космопорта и протекающих через все, даже самые потаенные, уголки этого подземного города, — охотно пояснил крысюк. — Без подобного подспорья, сами понимаете, в ограниченном пространстве подземных пещер антигравы гэручи сотнями бились мы меж собой ежедневно. С потоками же всё замечательно упорядочено, и перелет внутри города становится максимально безопасным.