Уверен, аналогичных фокусов с «отворяющейся» стеной вокруг, если как следует присмотреться, удалось подглядеть бы ещё предостаточно. Вот только кто бы ещё позволил рядом с нашим непоседой-пилотом такую роскошь, как «приглядеться».
После вылета из тоннеля ещё примерно секунд пять наш антиграв плавно парил на головокружительной верхотуре, оставаясь в потоке под бетонным сводом подземного каньона. Спустя же вышеозначенные секунды по новой приноровившаяся к рулевому рычагу Ффаффа взяла бразды управления антигравом в свои лапы. И резко спикировав вниз разом метров на двадцать, мы пушечным ядром понеслись вдоль каньона, филигранно лавируя между рядами навесных конструкций с обоих боков.
Заданное нашим асом-пилотом ускорение раза в три превышало неторопливое, плавное скольжение прочих летальных аппаратов в потоке над нашими головами. Разглядеть же, увы, что-то путное в начавшейся беспрерывной болтанке беспрерывных нырков, взлетов и уворотов нереально стало теперь от слова совсем. В глаза бросались лишь бесконечные фрагменты боковых подвесных конструкций, острые края которых так и норовили цепануть наш взбесившийся болид. Еще изредка перед нами, как пресловутый чертик из табакерки, возникали резко стартующие вверх к потоку антигравы, невольно подрезая наш сумасшедший разгон. И эти внезапные явления перед «стеклянным» носом нашего летательного аппарата были самыми кошмарными…
— Да ты спятила что ль вконец! Нафига этот трэш! — завопила после очередной такой внезапной подрезки Марина, первой ошалевшая от безбашенного стиля вождения Ффаффы.
Последняя же на справедливый упрек пассажирки, буквально впившейся ногтями в подлокотники своего кресла, даже ухом не повела, продолжая лихорадочно вертеть рычагом, с невероятным проворством маневрируя антигравом на прежней запредельной скорости.
— Это бесполезно, челка. Она все равно сейчас тебя не слышит, — вместо Ффаффы снизошел до ответа ее самец, тоже вцепившийся когтями в подлокотники, но не из-за ужаса перед экстремальной манерой полета, а просто, чтоб удержаться на месте и не вывалиться из кресла от непрерывной болтанки. — Даже опасно беспокоить ещё сейчас, когда наш пилот полностью сосредоточена на полете. Если Ффаффа хоть на миг отвлечется от пилотирования, нас проста расплещет по окружающим железякам.
— Зашибись успокоил, — хмыкнул сзади уже я, тоже судорожно стискивая подлокотники своего кресла.
— Да всё норм, челы, — ощерился в ответ крысюк. — Уж поверьте, ей такое не впервой. Она справится. Просто наберитесь терпения и ждите. Это уже скоро закончится.