— … за сим повелеваю — свои рекомендации по нормам работы люда империи сделать обязательными к исполнению с наказанием для всех, кто не внемлет и нарушать их будет, — закончил официальную часть император.
Толпа тут же разразилась одобрительным гулом и радостными выкриками. Александр величественно покивал на прощание и с тем покинул помост. Отцу Никодиму так слова и не дали, хотя я видел, что тот пару раз порывался сделать шаг вперед и что-то сказать, да стоящий рядом генерал Успенский его одергивал.
— Ну вот и все, — облегченно выдохнул я.
И тут меня накрыло…
Поп Гапон. Кровавое воскресенье. Преддверье русской революции, начавшееся как раз со стачек и хода того священника в моем мире. Отец Никодим — местный «Гапон». И только что во многом благодаря мне история этого мира совершила коренной разворот от той «дорожки», по которой все пошло в моем прошлом. Я прочувствовал буквально всеми фибрами души — вот оно. То, что изменило местную историю раз и навсегда. Что бы ни произошло дальше, но как в «моем» мире здесь уже не будет никогда.
Эпилог
Я стоял у окна своего рабочего кабинета и смотрел на башни Кремля. С того дня, как я изменил ход истории и предотвратил революцию, прошло пятнадцать лет. Целых пятнадцать — а для меня они пролетели как один миг. Но сколько же всего за это время произошло!
Первое и главное для любого мужчины — я стал отцом. Да еще не единожды. Первой это сделала для меня Евгения. На свет появился не сын, как ошибочно думала она с дедом, а дочь — Варя. Девочке уже пятнадцать и скоро она закончит женскую императорскую гимназию. Правда своей любвеобильностью и меркантильностью она пошла в мать. Вертит парнями из соседнего военного училища только в путь — уже пять дуэлей из-за нее произошло. Чтобы хоть как-то окоротить дочь пришлось пригрозить ей отправкой на Аляску после завершения гимназии. Вроде пока помогло.
Кстати об Аляске. Мое с Робом предприятие по добыче золота не только не «загнулось», а выросло в гигантскую компанию. Теперь мы занимаемся не только добычей золота, но и нефти с последующей ее переработкой, заготовкой пушнины и дерева, а также имеем несколько собственных кораблей прибрежного флота для транспортировки всего добытого вдоль континента. Все это вывело меня в пул самых обеспеченных людей империи.
Но кроме Евгении детей от меня родила и Лида, причем сразу двоих. Тринадцать лет назад первого сына — Бориса, а спустя два года второго — Юрия. Первенца назвал в честь деда. Как бы я к нему не относился, но в этом мире я оказался лишь благодаря его действиям. Да и жандармом стал из-за желания вырваться из-под его опеки. Теперь вот после меня следующим главой рода Бологовских снова станет мужчина с этим именем.