— А здесь у вас… — Фицджеральд кивнул на четвертую дверь, выходящую на «собачью дорожку».

— А здесь у нас столярно-слесарная мастерская, потому что не будем же мы со всякой ерундой бегать в город к Джонсу, — я отворил дверь и продемонстрировал самую захламленную комнату. И вроде не было в ней особого беспорядка, а все равно: и обрезки дерева, и ящики с чем-то нужным, и бухта телеграфного провода, и велосипеды… все это произвело бы удручающее впечатление на человека, любящего, чтобы все лежало на своих местах — но не работающего со всем этим. В довершение, в комнате стоял густой смолистый запах — на железной печке грелась банка с чем-то тягучим, это тягучее сосредоточенно и методично перемешивал палочкой Эл, а рядом Джейк столь же сосредоточенно и методично размазывал это тягучее по деревяшкам.

— А, — сказал Джейк, не отрываясь от процесса, — а я-то думаю, что там у нас за гости. Мистер Фицджеральд, мистер Квинта, мое почтение!

— Ближе к весне нам должны построить сарай, и мастерскую мы переведем туда, — проинформировал я начальство и вывел его побыстрее из комнаты, пока оно не углядело за велосипедами ящик с использованной ветошью и прочим мусором, в том числе и огрызками яблок. Обязанность оттаскивать мусор на помойку лежала на Эле, но он часто этой обязанностью пренебрегал.

— Вон в том сарайчике у нас химическая лаборатория, — показал я за заросли крыжовника. — Активной работы там обычно не ведется, но все горючее, взрывоопасное и вонючее лучше держать там. Пойдете смотреть?

— Да что мы — банок с бутылками никогда не видали? — поморщился Квинта.

— К тому же если вы говорите, что там у вас скорее противопожарная кладовка… — согласился Фицджеральд. — Покажите лучше нам строение номер два.

Я повел их к домику, где жили наши девушки. Их догтротхауз был меньше нашего, всего на две комнаты, и в жилую комнату я гостей вести не стал, разумеется, а повел в рабочую, где мисс Мелори стучала на машинке, а миссис Уильямс копировала чертеж на кальку.

— Дамы, — спросил Квинта после обмена приветствиями, — а у вас головы от этого стука не болят?

— У нас не так много бумаг, которые надо перепечатывать, — ответила мисс Мелори, — так что полчаса стука — это вполне терпимо.

Я глянул на Фицджеральда. Кажется, у него на лице появилось выражение, похожее на то, что было у Макферсона, когда он страдал, что ценная швейная машинка простаивает. Нет, кажется, показалось…

— Можно сказать, — вмешался я, — что мисс Мелори ведет испытания нового механизма.

— У нас есть тетрадь, куда мы заносим замечания по поводу работы новых канцелярских приборов, — сказала мисс Мелори и достала из стола тощую тетрадку. — Вот видите, последние два замечания по поводу дырокола… мы докладывали о них мистеру Ирвингу в понедельник… на той неделе у нас испытывался степлер, — она перевернула страницу и показала Фицджеральду, — боюсь, степлер придется переделывать, он совершенно не работает. А здесь у нас noise-cancellers…