— Меня запишут в мятежники, — горько усмехнулся он. — Стыдно признаться, Айвен, но я боюсь. Дигганы безжалостны. Вы вот помешали ростовщикам, а я, хоть и догадывался о их незаконных делах, молчал. Дому Троскана покровительствует королевская семья. Он откупил подать у государства на пять лет вперед. Заплатил Дигганам семь миллионов крон, хотя соберет за эти годы в разы больше. Но королевской семье на это плевать. Они тратят золото на наряды и пиры, в то время как солдаты не получают жалованья. Чиновники не видели его уже год. В Иорвике я плачу им сам, но это исключение. Тросканцы грабят поселян, но их нельзя трогать. Они под защитой короля, вернее, Дигганов. Боюсь, что смерть мастера Иззи не останется без последствий — сбежавшего слугу не нашли. Меня обвинят, что потакаю убийце. Ожидается приезд человека Дигганов, который учинит следствие. Чем оно кончится, неизвестно.

«Так! — огорчился я. — А я-то расслабился…»

— Почему Спаситель наказал Харри, не даровав ему достойных наследников? — вздохнул съёрд.

— Дело не в наследниках, — поспешил я. Оливера следовало переключить. — Королю Харри не следовало останавливаться на половине пути.

— А ну-ка, ну-ка! — заинтересовался съёрд.

Я рассказал ему о реформах Петра I, его знаменитой Табели о рангах. О том, как после смерти царя, страной правили распутные бабы и слабые на голову наследники. Это не помешало России побеждать в войнах и расширять пределы империи. Дворяне служили, бюрократия работала, и созданная Петром система сохраняла страну. А вот в Польше такой не было. Там царили шляхетские вольности, которые и разрушили страну. Польша развалилась, и ее обломки подобрали соседи.

— Любопытные вещи вы рассказываете! — хмыкнул Оливер. — Но эта Табель… Простолюдин мог стать съёрдом. Это не правильно.

— Почему? — удивился я.

— Благородство вырабатывается поколениями! — пояснил Оливер. — Взять вас! Осанка, речь, манеры… Такому не научишь.

— Я родился простолюдином.

От удивления Оливер открыл рот.

— А как же титул? — пробормотал изумленно.

— Меня усыновил съёрд, который и даровал мне титул.

— Не могу поверить! — воскликнул Оливер. — В чертах вашего лица — кровь поколений благородных предков. А ваша осанка, речь… Ведь так, Бетти?

Элизабет, слушавшая наш спор, пожала плечами:

— Думаю, не имеет значения, какого происхождения Айвен. Он благородный человек, и мы с тобой имели возможность в этом убедиться. Ведь так? — она спросила млевшую на ее коленях горностайку.

Мирка утвердительно стрекотнула.

— Она согласна! — засмеялась Бетти.

— Благодарю, черра! — поклонился я.