Харри объявил амнистию и отменил рекрутские наборы. Полки стали комплектовать по найму. Отслужив пять лет, солдат мог уйти или остаться — по собственному выбору. Ему платили жалованье, сытно кормили и ежедневно давали торч. Желающие носить мундир нашлись. Лэнс был как раз из таких. Отслужив десять лет, он ушел к Оливеру, которому приглянулся пикинер.

Изданием указов король не ограничился. За преступления в отношении простолюдинов феодалов стали реально судить. Это привело к мятежам, но их давили. Солдаты делали это с большой охотой. Они помнили, кто издевался над ними, насиловал их жен и дочерей, поэтому мятежников не щадили. Дворянская вольница сошла на нет. Простолюдины обожали короля. Его славили промышленники: указы Харри обеспечили им свободу предпринимательства и рабочую силу. В городах исчезли цеха и гильдии: любой мог заниматься, чем хотел. Радовались купцы: поборы, взимаемые феодалами за проезд по их землям, запретили. Платить следовало только королю. Страна залечила раны и начала расцветать.

Преобразования, не доведенные до конца, хрупки. Со смертью Харольда они забуксовали. Он-то правил с умом, а вот наследники… Достойными Харри не обзавелся, хотя и старался. За тридцать лет он сменил пять жен, не считая пассий. Однако дети его умирали маленькими. Злопыхатели утверждали, что это божья кара. Мол, отыгралась королю дворянская кровь. Как бы то ни было, но один из наследников выжил. Его звали Эван, и он взошел на трон в возрасте семи лет. Зимой ему исполнилось десять. Это его профиль я видел отчеканенным на монете. По малолетству Эвана за него правила мать с братьями. Она окружила себя фаворитами и пустилась во все тяжкие. Указы короля более не исполняли. Алитания покатилась в прошлое. Мать Эвана и ее родственники расхищали казну, вводили дикие налоги, дарили земли друзьям и любовницам. Страна слабела. Из-за этого сосед Алитании, Глен, давно точивший на нее зубы, и решился напасть. Захватчики рассчитывали на победу: недовольных, готовых присоединиться к ним, в стране хватало. Гленцы просчитались. Королевские полки помнили Харри и выступили в защиту его сына. Разгромив десант, они сорвали агрессию.

Прочитав записки, я навестил съёрда и похвалил его заметки.

— Вам вправду понравилось? — расцвел Оливер.

— Очень. Виден государственный ум. Вам нужно советовать королям.

— Не станут слушать! — отмахнулся он. — Семейство Дигганов — волки, которым по случаю доверили стадо. Они не успокоятся, пока не вырежут последнюю овцу.

— Издайте заметки. Пусть с ними познакомятся все.