А могла бы и не усердствовать… Но ладно, эта тема больная, каждый раз вызывает приступ ярости, а ярость — не очень хороший помощник…
Но какова дрянь, а?
Нет бы спокойно делать карьеру в столице, под крылом своего ебаря! Все ведь так хорошо у нее складывалось! И у него, у Горелого, тоже бы сложилось! Он бы все про нее выяснил, нашел зацепки, по которым ей можно было бы чего-нибудь впаять, а за эти шесть лет наверняка чего-то да нашлось, тут даже святые лажают… Ну и потом наблюдал бы, как сучка мечется, пытаясь спасти свою карьеру и свою жопу. Кайфанул бы, наверно. А если б удалось достать ее любовника, эту тварь Стасика, которому было заплачено за его, Горелого, свободу, то вообще именины сердца бы случились!
Но мелкая дрянь сделала финт ушами и тупо свалила с горизонта!
Горелый охренел, когда узнал.
И столько потратил времени и сил, да и бабок, чтоб ее отыскать. Это было нихера не просто! А результат удивил…
Деревня, Малое Хуево-Кукуево, блять, в жопе мира! И она там целину поднимает в гордом одиночестве! Подвижница херова!
Горелый настолько разозлился, когда потерял прокуроршу, а затем настолько обрадовался, когда нашел, что рванул в гости, не выработав сколько-нибудь приличного плана. Только по основным моментам, не детальным, а чисто эмоциональным. Решил, что на месте все прояснит.
И это была трагическая ошибка! Фатальная!
Потому что ничего он на месте не выяснил, кроме того, что стоит почему-то на эту тварь мертво, язык и мозги в ее присутствии отказывают, а еще у нее острые зубы и вкусный рот.
Охрененный коктейль.
В голову так дал, что чуть не помер от неожиданности.
Ну ничего-ничего…
Сейчас первый шок прошел, можно выдохнуть.
Никуда она от него не денется, сучка…
Глава 7
Неделю, после появления на моем участке Горелого, ничего не происходит. Верней, происходит, и много чего, да такого, что волосы дыбом становятся периодически, но обо всем я узнаю опосредованно, как говорится, слухами земля полнится.
А вот рожу Горелого я больше не наблюдаю.
И это, вместо того, чтоб успокоить, невероятно тревожит.
Потому что из деревни он не уехал.
Наоборот, согласно местным сплетням, прикупил здесь дом, огромный недострой, пустовавший с начала двухтысячных, когда братки на шальные деньги с размахом обустраивали свои будущие родовые поместья.
Время было дикое, веселое, фантазия у людей, вырвавшихся с самых криминальных низов, богатая и нездоровая, вот и обосновался на окраине деревни здоровенный могильник из красного кирпича, так модного в те годы. У могильника были стены, крыша и двухметровый забор, с проведенной по верху колючей проволокой.