Одуван завернул за угол и замер у запертой двери, пошуровал за наличником и вытащил ключ, всем своим видом выражая гордость и восхищение самим собой.

— Вот! — объявил с пафосом.

Вставил ключ и, как Али-Баба брату Касиму, возгласил:

— Сим-сим!

И открыл дверь.

Из «пещеры с сокровищами» приятно пахнуло особым духом выстиранного постельного белья. Мажор крякнул и зашел внутрь.

— Офигеть!

Большая чистая комната с небольшими окошками у самого потолка. Длинный стол на всю длину.

— Да тут свой ресторан с табльдотом можно открыть! — восхищению Мажора не было предела. — Человек на двадцать!

— Вот! — повторил Ваня, немного снизив пафос, поднял палец. — Место для избранных! И для неболтливых! Найдутся такие?

— Обижаешь! — обиделся Мажор и счастливо задохнулся. — Лучшие девушки курса!

— Он не безнадежен, — прокомментировал Гамлет. — Схожу-ка я пиво принесу.

— А что это вы тут делаете?

… Прозвучавшая классическая фраза как никогда соответствовала обстановке. И даже произнесший ее вьюнош походил на героя из великой комедии — щуплый, лопоухий, но… «Хорек! — тут же заключили добровольцы. — Не иначе как завхоз».

Точно в яблочко! Лопоухий как раз и был главным снабженцем отряда, отвечал буквально за все хозяйство — от смены постельного белья до закупок для столовой в ближайшем райцентре. И откликался на Завхоза.

В прошлом сентябре курс Гамлета и Одувана побывал на традиционной совбарщине и вышел из сражения с картофельными клубнями с высоко поднятой головой — и все благодаря Бороде, их завхозу. Он провел студенческую братию сквозь поля Подмосковья без единой потери. Сытым и пьяным остался курс — этого у Бороды не отнять. Человечище! Ему под дверь всю ночь подсовывали записки со списками необходимых вещей — печенья, конфет, медицинской ваты (ну понимаете, для кого?), и, конечно, первым номером всегда выступало бухло. Два ящика каждый день! Как Борода не запутался, кто что заказывал⁈

А что с этим, с лопоухим?

Мажор нежно приобнял Завхоза и быстро объяснил ему расклады.

— Хо! — тот часто закивал. — Замутим клевый сейшн с чувихами. Жалко мафона нет, только бренчалка.

— Уважаемый, нам бы спецодежду получить? — окликнул его Гамлет.

— С шузами нет проблем, а вот с максиблайзером типа телогрейка напряженка, особенно для тебя, старичок, — Завхоз ткнул пальцем в плечо Гамлету.

Агдамов нахмурился, Одуван, чтобы разрядить обстановку, дурачась, пропел:

— Когда я был чилдреном, носил я тертый райфл, стейцовый максиблайзер, лонговый длинный хаер…

— Ага, и трусы из джинсы, — улыбнулся Гамлет.

Улыбался он недолго. Ровно до того момента, когда Завхоз выдал ему из кладовки подходящего размера телогрейку с полуоторванным карманом. В смене настроения у Агдамова оказался виновен не сам карман, а его содержимое — Гамлет вытащил бумажный квадратик с фиолетовыми надписями.