— Что ты сделал? — спросил Тетыща.

— Вызвал подкрепление.

— Других зомби? — нахмурился Вечный. — Здесь же много мирных!

— Предлагаешь сдаться? — удивился я. — Ради тех, кто бросал в тебя куски засохшего дерьма, пока ты развлекал их на арене?

Вечный промолчал, но я видел: ему это не нравится. Что ж, зато у нас есть шанс выжить.

Мы прятались за тушей Крушителя. Бандиты подходили ближе. Да сколько их? У меня было ощущение, что Вечный ошибался в своей оценке и «Псов» полтысячи было, не меньше.

Эти осторожничали, не зная, чего от нас ожидать. Их было человек сорок — патронов на всех нам не хватит. И непонятно, где Исабела и Мигель.

И тут донесся далекий рев. Потом еще. И еще. Шорох. Топот. Шуршание. Завывание и крики. Звуки приближались.

— Что это? — нервно вскрикнул один из бандитов. — Почему не работают пугачи?

— Родриго ушел, — ответил другой.

— Это смерть идет за вами, — усмехнулся я. — Сдавайтесь, урки!

Стрельба началась через пять минут. Сначала на окраине тюремного комплекса, потом все ближе.

— Пресвятая мать моя женщина, — прошептал Сергеич. — Нас же самих сожрут, Денис!

Я пожал плечами.

— Выше нос, Пролетарий! Вон даже Дак с Вечным ведут себя достойнее, чем ты.

Тем временем бандиты заволновались еще сильнее, но, посовещавшись, пришли в себя. Некоторые побежали к воротам — встречать угрозу. Остальные продолжали держать нас на прицеле, но вскоре плюнули — жизнь дороже, чем приказы Исабелы — и тоже убежали. То ли прятаться, то ли отбиваться от моих бойцов, спешивших мне на помощь.

— Денис, допустим, отсюда вырвемся, — обратился ко мне Тетыща. — Что дальше? У кого какие идеи?

— Нам надо уходить к «Ковчегу», — сказал Дак. — Там иностранцы, ученые, врачи. Может, договоримся, и они нас примут.

Рев и выстрелы стали громче.

— Почему именно в «Ковчег»? — спросил Тетыща, дождавшись, когда смолкнет чей-то истошный крик.

— Потому что «Щит» нас пристрелит, как только увидит, — ответил Вечный. — У них к гражданским отношение простое: полезен или нет, работать на них за еду или сдохнуть. А «Железные псы»… — Он указал на пылающую тюрьму. — Похоже, им конец.

— А «Ковчег» хоть и слабее, — продолжил Дак, — но держит нейтралитет. Иностранцы. Точно нас примут, особенно теперь, когда все друг друга стали понимать.

— Согласен, — кивнул я, решив выяснить, что за «Ковчег», и только потом возвращаться к своим на базу. — На «Ковчег» так на «Ковчег». Но сначала надо отсюда выбираться.

Стрельба стихала. Значит, мои бездушные добили последних защитников. Время действовать.

— За мной! — рявкнул я.

Мы рванулись к воротам.