Очень содержательные мысли.

Нервов — нет.

В комнате царила тишина, которую нарушали только мои шаги, а также тихий стук веток в окошко. Очень раздражающий звук, когда нервы на пределе. Некоторое время я пыталась его игнорировать, но в какой-то момент решительно шагнула к окошку с намерением его просто выбить и…

Я замерла.

Маленькая розовая птичка стучала в окно. Клевала раму так, будто это самая ягодная рама во дворце.

«Яр…»

Я столбом застыла у окна, боясь спугнуть пичужку, не сдерживая глупую улыбку. Птица смотрела на меня крошечными глазами-пуговками, качала головой.

«Нашёл, видит меня».

Некоторое время я смотрела на птичку, а внутри разливалась радость. Не оставил… Это, наверное, одно из самых лучших чувств в мире — когда тебя находит, тот кто должен найти.

Клюнув раму ещё раз, птица улетела.

Теперь я знала, что Яр прилетит за мной. Правда на смену радости тут же пришла озабоченность. Что же он собирается делать? Но долго размышлять об этом мне не дали.

— Королева, — грохотнул сзади голос Мегарея. — Я принес то, что вы просили.

Сразу стало холодно.

«Зачем я на это согласилась? Не хочу смотреть… Боюсь. А если смерть изменила его, и я отреагирую не как должно? А если…» — думала, пока Мегарей вел меня по коридору. Я едва поспевала за широким шагом.

— Боитесь, лучезарная, — усмехнулся император. Дракон чуял.

— Не боюсь! — умирая от страха, зачем-то соврала я.

Мегарей только хохотнул. Император деликатен… по-своему.

Я увидела тело издалека… Как только поняла, сорвала руку с локтя Мегарея и побежала, не думая больше ни об одной из глупостей, которых боялась минутой ранее.

Регненсес лежал прямо на холодных камнях Фадии. Как же он был красив! Только бледен… Золотые волосы вились, в них поблескивали снежинки, как и на ресницах. Губы спокойно сложены, бронзовая кожа, щедро покрытая инеем, побелела. А вот в груди… В груди, разорвав белый камзол, торчал длинный черный шип, который и пронзил сильное сердце.

Острый метровый шип. Такой могла бы породить огромная роза. Только розы так не разбрасываются шипами…

Я опустилась рядом с Регом на колени, положила руку на грудь спящего Дракона, посмотрела на закрытые глаза. Созвездия засветились. Рег был и похож на себя, но одновременно, был будто другим, не собой. Выглядел как обледеневшая каменная статуя, которую сняли с постамента и положили на спину.

«Смерти нет…»

— Где он… лежал? — спросила я, не отводя взгляда от Регненсеса. Белые пальцы пугающе неестественно застыли в воздухе.

— В горах на вылете из Лисагора. Мы всегда проводим тщательную разведку перед захватом, — спокойно ответил Мегарей. Его ноги в мягких коричневых сапогах встали прямо за мной.