А в кабинете Управления даже подумать некогда будет о том, чтобы заняться в рабочее время невинным хобби.

Можно, конечно, пойти по пути наименьшего сопротивления и просто заказать свитер какой-нибудь вязальщице. А Диме наплести, что сама связала. Но такой путь чреват опасностями. Все тайное так или иначе становится явным. Да и не будет это греть душу — ни ему, ни мне самой.

Утром я напилась кофе, привела себя в порядок и стала ждать сменщицу. Ровно в восемь часов зазвонил городской телефон.

— Доброе утро, с вами говорит секретарь товарища Кандюшина, Жанна Александровна, — услышала я низкий женский голос.

— Доброе утро, — ошарашенно ответила я, — Новосельцева Альбина Леонидовна, билетный кассир станции Угольная.

— Звоню напомнить вам, товарищ Новосельцева, что товарищ Кандюшин ожидает вас сегодня в девять ноль-ноль.

— Да, я помню, буду к девяти ноль-ноль.

— Без опозданий, пожалуйста. Третий этаж, приемная начальника.

— Хорошо, — пробормотала я, слыша в трубке отбой.

Я себя чувствовала, как затравленный зверь. Идти к начальству на ковер всегда неприятно, и первые мысли — а вдруг я что-то по незнанию натворила? А вдруг сейчас огребу по первое число? Хотя сейчас другая ситуация, и это как-то связано с моим возможным переводом. Может, начальник хочет побеседовать и лично убедиться в моей компетентности, черт его знает.

Я быстро передала смену и, с тоской оглядев помещение кассы (вполне возможно, никогда здесь больше не появлюсь), переступила порог и пошла на электричку. По пути мне встретился начальник станции, приветливо кивнул:

— Вы нас покидаете, говорят, в Управление переходите?

— Это не точно, — грустно кивнула я в ответ.

От Угольной до центра города ехать довольно прилично, но мне не удалось ни успокоиться, ни расслабиться, ни подремать.

На входе протянула вахтерше свою бордовую корочку:

— Мне в приемную товарища Кандюшина.

— Третий этаж налево, — сказала она.

За столом в приемной сидела полная женщина в возрасте с черными короткими волосами.

— Жанна Александровна? — неуверенно спросила я.

— Присаживайтесь, я о вас доложу.

Минут пять я сидела на диванчике, стараясь унять бешеный стук сердца и без надобности поправляя оборки на платье.

Вскоре секретарша вышла из кабинета начальника:

— Проходите.

В кабинете мне бросились в глаза белые нарядные шторы-маркизы и на их фоне — представительный мужчина средних лет в железнодорожной форме.

— Здравствуйте, Альбина Леонидовна, присаживайтесь, — сказал он.

Я села на мягкий стул у лакированного стола, поздоровалась.

— Ну что, — он положил руки на стол и сцепил ладони, — поздравляю вас! Вы поднялись на еще одну ступеньку по карьерной лестнице. Да-да, и не смотрите на меня с таким ужасом. Вопрос насчет вашей кандидатуры решен, и решен положительно. Это будет не стажировка, не испытательный срок, вы сразу становитесь полноценным сотрудником коммерческого отдела.