– Казимир, – обратился к графу Петровский. – Хозяйка просит извинить её за то, что сама не может присутствовать при прощании. Ей всё еще нездоровится.

В ответ Казимир важно поклонился:

– Передайте её сиятельству, чтобы она выздоравливала и скажите, что мы благодарим её за гостеприимство и вас, Михаил Алексеевич, тоже.

Произнеся это, он двинулся к входной двери.

– Казимир, погодите. Вот тут наш друг мечтает побывать и на прочих ваших сеансах. Вы разрешите ему?

Пару минут Казимир смотрел на Гладышева с хмурым и испытующим выражением на лице. А после кивнул:

– В пятницу мы будем у генерала Фёдорова, а в среду у Трубниковых. Потом у Горячевых. А там будет видно.

Произнеся это, он, словно неповоротливый медведь, развернулся и направился к выходу. Вслед за ним пошла и Барбара, глянув на прощание карими вишнями прекрасных тёмных глаз и, оставив в прихожей головокружительный сияж тонких духов. А ещё ему показалось, что она как-то особенно улыбнулась ему, лишь уголками маленьких губ. Но этого было достаточно. Проводив гостей, он вернулся к себе в комнату и со счастливым выражением лица рухнул на кровать.

* * *

– Серафима, скажи, чтобы горничная проветрила прихожую и вымыла полы с колодезной водой, – давала распоряжения Татьяна, вполне оправившаяся от недавнего потрясения. – И в комнате, где они ночевали, тоже всё тщательно вымыть, пыль протереть, и окна открыть. Потом раскурить ладан. Пусть подольше прогорит. Вели весь дом дочиста отмыть. Чтобы и духу от этой змеи в моем доме не оставалось!

* * *

Пока на Прядильной шла генеральная уборка, наш герой дремал в своём кабинете, а просыпаясь, мечтал о том, что скоро он опять увидит прекрасный лик Барбары.

«Но, погоди, а как же ты попадешь на следующий их сеанс? Ведь ты не знаком с этим генералом… Как его? Кажется, Фёдоровым».

Эти мысли заставили его скинуть последние оковы сна.

Дорогие наши читатели, мы не станем подробно рассказывать о том, как буквально за полдня наш герой сумел разыскать общих знакомых, которые ни раз бывали у вышеупомянутого генерала. Когда мужчина хочет, он способен свернуть горы на пути к своей даме сердца. А потому уже к вечеру пятницы он был представлен в доме Федоровых, как человек, известный в свете и очень интересующийся спиритуализмом. С тех пор, как к нему пришло некое осознание, что на пути к Барбаре он готов преодолеть любые преграды, он отбросил все ненужные условности, стеснения и прочие предрассудки. Да, по ходу пьесы ему пришлось вести себя в несвойственной ему, слишком словоохотливой и активной манере. Ему пришлось не только очаровать своими разговорами престарелого генерала Фёдорова, но и его тучную супругу, а так же их немолодую, угловатую и некрасивую дочь. За ужином, на который он тут же был приглашен, он сыпал остротами и много говорил о спиритизме. Вы спросите, откуда нашему герою были известны все темы, связанные с практиками общения с духами. Всё просто. В этот день он успел забежать в одну из книжных лавок и приобрести несколько культовых журналов «Ребус». Остальное же было делом нескольких минут. Пока он ехал на извозчике до Невского, он успел пробежать глазами по заголовкам статей, представленным в этом журнале, а так же запомнить несколько зарубежных имён. И вуаля: из его уст теперь звучали такие заморские фамилии, как Леонора Пайпер, Лодж, Барретт, Майерс, а равно и русские – Аксаков, Бутлеров и Вагнер.