Я нахмурился.

— Быть может, я могу сделать для вас что-нибудь ещё, Хозяин? Вы так много работаете и совсем не отдыхаете.

— Что происходит, Черномор? — не выдержал я. — Объясни, для чего ты это делаешь.

— Мне кажется, Хозяин, я допустил досадную оплошность при анализе вашей работоспособности и влияния на неё окружающих людишек. У меня имеется триста четыре варианта психологического воздействия из допустимых, но только сибирский морс кажется мне достаточным извинением за мой проступок.

— Ты хочешь сказать, что испытываешь чувство вины? — удивился я.

— Боюсь, что так. Это совершенно недопустимо с моей стороны, но как будто я могу с этим справиться, — окуляры стали небесно-голубыми. — Я стараюсь изменить настройки анализа необходимой рациональности, когда оцениваю ваше взаимодействие с человеками. Но за глубиной контекста эти данные постоянно стираются. Простите, Хозяин.

— Ты прощён, — задумчиво сказал я.

— Спасибо, Хозяин! — стал изумрудно-зелёным он. — Хотел отметить для вас необычайно высокий пульс госпожи Кабановой, непременно повышающийся в вашем присутствии. Интересная закономерность, что и ваш тоже повышается. Исключая размышления о рациональности, я бы предположил позаботиться о здоровье как вашем, так и госпожи Кабановой. Вам нужен отпуск. Обязательно раздельный.

Я промолчал, но Черномор сам всё понял и моментально растворился в воздухе. Чёртов умник.

Челидзе встретила нашу колонну у «Логова Друга». Посланница Императора в окружении собственных гвардейцев с нетерпением дождалась, когда мой автомобиль остановится и из него выйдут освобождённые девушки.

— Михаил Иванович, я впечатлена, — сказала Лаура, едва я выбрался на свежий воздух. Колонна автомобилей быстро рассосалась по территории. Да, пришлось потратить время бойцов, но ведь для каждого из них это чудесный способ его скоротать в мире, а не в сражении.

— Вы уже в курсе? — усмехнулся я.

— В новостях не было ничего о горящем здании жандармерии или же вооружённых столкновениях, а девушки здесь. Предполагаю, вы договорились. Молю бога, чтобы это не повлияло на наши дела.

— Да, договорились, — я посмотрел ей в глаза. — Теперь я искренне надеюсь, что вы сумеете разобраться с этим недоразумением. Люди на моей земле действуют в интересах государства. Если же позволяют себе излишества — с этим разберусь я сам, в соответствии с полученными мной правами. Ловить моих людей на дорогах за пределами подконтрольных территорий — какая-то неприятная уловка. Мне хотелось бы знать, кто отдал приказ на арест Паулины и зачем.

— Наверху принято решение закончить этап наблюдения, — не стала увиливать Челидзе. — К сожалению, сформированные сети околоольгинских кругов слишком долго оставались в тепличных условиях. Теперь они зачищаются. Справедливости ради арест состоялся не на ваших землях, поэтому юридически…