Глава 2
Аппарат ВЧ загудел требовательно, как раненый зверь. Я снял трубку, заранее зная, кто на том конце провода. Такие звонки в такое время могли быть только из Москвы, а точнее — из одного кабинета в Кремле.
— Жуков слушает.
— Товарищ Жуков, — голос секретаря был сух и официален, — с вами будет говорить товарищ Сталин. Соединяю.
Короткие гудки, щелчки, далекий гул — и вдруг голос, который сейчас заставлял вздрогнуть многих военачальников, у которых дела на фронте были не столь блестящи, ну так мне бояться было нечего.
— Здравствуйте, товарищ Жуков. Докладывайте обстановку.
Голос Сталина звучал ровно, без эмоций, но я знал его достаточно, чтобы уловить скрытое напряжение. Последние сутки принесли столько новостей, что наверняка у многих в Кремле могла закружиться голова, но только не у моего собеседника.
— Здравствуйте, товарищ Сталин, — произнес я, — докладываю обстановку на Западном фронте по состоянию на двадцать три ноль ноль двадцать пятого июля.
Я говорил четко, стараясь не торопиться, но и не растягивать слова. Сталин не любил, когда ему докладывали сбивчиво.
— Противник нанес удар в полосе 13-й армии генерал-лейтенанта Филатова силами 2-й танковой группы Гудериана. В результате проведенной нами операции удар противника отражен. 2-я танковая группа Гудериана разгромлена. Уничтожено до семидесяти процентов техники и живой силы противника. Захвачены штабы дивизий, пленен начальник штаба группы генерал фон Либенштейн. Остатки группы в беспорядке отходят на запад. Гудериан с небольшой группой пробивается в направлении Барановичей, за ним выслана погоня.
В трубке повисла пауза. Я слышал только легкое потрескивание и далекое дыхание человека, который решал сейчас судьбы миллионов.
— Гудериан разгромлен, — медленно повторил вождь, словно пробуя слова на вкус. — Вы уверены в этом, товарищ Жуков?
— Так точно, товарищ Сталин. Данные подтверждены трофеями, показаниями пленных и результатами авиаразведки. 2-я танковая группа как организованная боевая единица более не существует.
Снова пауза. Я представил, как Сталин медленно прохаживается по своему кабинету, раскуривает трубку, обдумывая услышанное. Хотя нет, он же сейчас у телефона, так что скорее всего сидит за столом.
— Каковы потери с нашей стороны?
— 19-й и 22-й мехкорпуса потеряли до пяти процентов техники. 13-я армия — до двадцати процентов личного состава. Потери участвовавших в операции 4-го воздушно-десантного корпуса и партизанского соединения Бирюкова уточняются. Однако основная задача выполнена. Минску с юга больше не угрожают.