— Роджер, ты сейчас похож на безумного профессора из тех старых фильмов, где все взрывается в конце, — Мири вывела на мой визор схему цепей, подсвечивая нужные дорожки. — Если ты заденешь конденсатор С-14, мы получим обратный ток такой силы, что твой питбой превратится в очень дорогой браслет-гриль. Давай аккуратнее, ковбой, я еще хочу посмотреть, чем закончится этот сезон моего существования.
— Меньше слов, больше дела, штурман, — я осторожно коснулся жалом паяльника медной перемычки.
Раздался сухой щелчок, и между контактами проскочила злая синяя искра, от которой у меня на мгновение потемнело в глазах. Шина данных на экране монитора вспыхнула каскадом ошибок, но красная точка маячка, издевательски мигавшая до этого, наконец-то погасла навсегда. Я почувствовал почти физическое облегчение, когда фантомный гул высокочастотного передатчика в моих наушниках сменился благословенным белым шумом. Мы стали невидимы для радаров их флота, но проблема с кучей вооруженных мужиков за дверью никуда не делась, а они уже начали прогревать свои резаки.
— Маячок все, но насущные проблемы все еще никуда не делись! — Мири внезапно сменила иконку на «веселого Роджера». — Как насчет тактики «Лирой Дженкинс»? Я могу направить остатки энергии из накопителей в маневровые двигатели, и мы просто вылетим из ангара сквозь закрытые ворота! Вероятность успеха, три процента, зато сколько просмотров набрал бы такой ролик в ГалНете!
— Мири, «Лирой Дженкинс» закончился тем, что всю группу съели, если ты не помнишь классику, — я вытер руки о штаны и огляделся по сторонам в поисках хоть чего-то, что могло бы послужить оружием. — Нам нужно что-то более тонкое, чем самоубийственная атака на ворота станции, которые, на минуточку, сделаны из усиленного сплава титана. К тому же, жизнь пилота в реальности куда скучнее, чем в голофильмах про мудрых рыцарей с лазерными палками. Нам нужен блеф, причем такой, чтобы эти шкафы в броне сами захотели от нас подальше отойти.
Я начал лихорадочно копаться в груде хлама, которую натащил в кабину из трюма во время ремонта, надеясь на чудо. Под руку попадались только пустые гильзы, обрывки проводов и какой-то ржавый крепеж, пока мой взгляд не зацепился за предмет, валявшийся под сиденьем второго пилота. Это был старый, полуразбитый пульт управления климатом от этого самого катера, который я отключил еще в первый день нашего «знакомства» с судном. Корпус его был черным, угловатым и выглядел на удивление массивно для обычной бытовой электроники, а главное, на нем все еще мигал ярко-красный светодиод, сигнализирующий о критической ошибке питания.