— Нет.

— Вы очень помогли, — ядовито процедил работодатель. — Можете идти на своё место.

— Не нужно мне указывать моё место. Мне кажется, артефакт был повреждён совсем недавно. Эхо разрыва ещё держится. Понимаете…

— Нет. — Музыкант сложил руки на груди и выпятил подбородок, вновь кого-то напомнив, но я перевела взгляд на пол.

Куда эта махлова деталь могла укатиться с этого махлова стола? Я подняла занавеси кулис. Заглянула под стол. Передвинула стул.

Хогер скептически хмыкнул и ушёл прочь, на сцену, что-то обсуждать со своими работниками. А я стала искать дальше. Ещё одна кулиса. Какой-то ящик на полу. Довольно тяжелый, но под ним тоже ничего подозрительного не обнаружилось. Ещё кресла. Шкаф…

Шкаф.

Кому нужен шкаф за сценой⁈

Ножки его были низенькими, и между полом и дном оставалась небольшая щель.

С полами в Императорской опере было очень печально. Судя по слою пыли, их не мыли. Но в ободке грязи виднелся тонкий след, будто по нему что-то прокатилось.

Возможно, не сейчас.

Раньше.

Но я опустилась на колени и создала крохотный светильничек.

Под шкафом определённо что-то было. И не одно.

Отодрав дощечку от давешнего ящика, я стала выуживать из-под шкафа содержимое. Бумажка, сухарик, пуговица, шарик…

Идеально отполированный шарик!

Я подхватила его и понеслась к артефакту. Он обязан быть отсюда! Осмотрела, ощупала все бока, пока, наконец, палец не попал в выемку. Я вставила туда каменный шарик, и он встал в углубление, как родной. С трясущимися от возбуждения руками я постаралась восстановить оборванные нити, и вдруг — р-раз! — артефакт зажёгся.

Не в прямом смысле. И, наверное, никто, кроме меня, это не заметил.

Но магические связки натянулись, узелки зазвенели…

— Я нашла! Я сделала! — Я выбежала на сцену, и меня встретил хохот.

Я растерялась. Взгляды были устремлены на подол платья. Я тоже посмотрела вниз. Край платья был задран, ткань испачкана грязью, как и локти.

— Я… сделала…

Мне стало так обидно за себя… Но вдруг где-то в глубине души забрезжила надежда.

На что?..

Какая?

При чём тут вообще надежда?

— Что сделали, Грейс? — От вопроса Хогера меня охватило какое-то будоражащее до самой печени возбуждение.

— Работает… — выдохнул Донован, прикрыв рот рукой.

— Вы в камине лазали, барышня? — усмехнулся щербатым ртом один из работников, но вдруг сжался под взглядом маэстро.

— Работает!! — воскликнули хором работники, и я не могла сообразить: почему они вдруг поверили, что работает.

— Там шарик укатился, — стала оправдываться я. — Хотите, покажу?

— Нет, Грейс. — Меня накрыло облегчением. — Я иду в гримёрку. И так столько времени в монтень! Чарли, отвечаешь за каждый шарик головой, понял⁈