— Вот те раз! — вмешался я, — и ты молчала?

— Арти, я пыталась многое осознать за это время, — Соня посмотрела на меня. У неё было очень необычное выражение глаз, совершенно мне незнакомое. Печальное и воодушевлённое одновременно.

— Ясно, — кивнул я, — так что, ты поделишься?

— Конечно, — ответила Соня, — тут произошёл прорыв между мирами. Нарушение равновесия за счёт взаимного влияния. То, что прямо сейчас угрожает нашему миру — до тех пор, пока мы здесь, пока открыт проход и работает вот эта штука, — она кивнула на варсанг, закреплённый у меня за спиной. Мы ведь знали об этом, так? Это обязательно случится у нас, если мы не вернёмся как можно скорее.

— Но Август сказал… — начал было я, однако Соня меня перебила.

— Август — один из учёных, устроивших это в своём мире, — она указала рукой за окно. И с тех пор пытающийся это исправить.

— Это что, возможно? — Ошарашенно спросил Дамир.

Я настороженно посмотрел на него.

— Да, — уверенно кивнула Соня, — это совсем не просто. Процессы в наших мирах необратимы, это фундаментальное свойство хаоса, да Арти? Ты должен больше об этом знать.

Я пожал плечами.

— Всё, что ему не хватало для воплощения своего плана — это вот его, — она кивнула на кристалл.

— Но… зачем так сложно? У них ведь есть свои добытчики! — Я кивнул на Дамира.

— Мы не работаем в таких местах, — возразил тот, — помнишь?

— Да, — кивнула Соня, — и вовсе не из-за каких-то табу или запретов. Просто они дети этого мира. Всё, что они могут достать отсюда — это ужасные радиоактивные игрушки. Оружие в лучшем случае. Сяомэй права — природа сердца сильно зависит от хантера. В этом мире просто нет подходящих!

— И он пробил проход в наш… — проговорил я.

— Мы — не первые — сказала Соня.

— Что? — поразился Дамир.

— Это сердце пытались добыть давно, — продолжала напарница, — каждый раз заманивая хантеров из других миров, всё более и более изощрёнными способами. Не удивительно, что тут сульвикар воскрешает, а не убивает.

— Что ты имеешь ввиду? — Дамир поднял бровь.

— То, что их обладатели были дэвами, если говорить вашими словами. Они все — нездешние. Сульвикар, добытый местным хантером, убивал бы точно так же, как и в нашем мире. Он — это орудие уравновешивания.

— Почему местные атаковали нас? — спросила Сяоюй. И это были её первые слова с того момента, как девушки и Дамир возвратились с победой, — неужели так и не смогли тебя простить?

— Дело совсем не в этом, — Дамир улыбнулся, — скорее, даже наоборот. Они боятся потерять то, что имеют.

— Радиоактивные развалины? — ухмыльнулась Соня.

— То, к чему они привыкли, — сказал я, — наши друзья ведь делали то же самое, так? Рискуя судьбой всего мира. Проход ведь всё ещё открыт, так?