— А тут могут быть другие такие же твари? — спросила Соня где-то через полчаса после того, как мы вышли, с опаской глянув на вершину ближайшего бархана.

— Едва ли, — ответил Дамир, — у них есть территория, которую они охраняют от соплеменников. Собственные угодья. Метки ещё не скоро выветрятся.

— А другие? — спросил я, — в самом Заводе может быть что-то опасное?

— Может, конечно, — кивнул Дамир, — но не днём. Поэтому нам желательно выйти к разлому до заката. Иначе придётся ночевать в пустыне.

Я посмотрел вглубь ржавых развалин. Некоторые сооружения впечатляли своей монументальностью: переплетение железных балок образовывало сдвоенные башни высотой не меньше ста метров. Когда-то между ними, очевидно, была крыша, остатки которой лежали на каменном основании. Что это было? Сборочный цех? Или, может, часть сложного цикла химического производства? Возможно, специалист смог бы определить — но под рукой его не было, так что оставалось только гадать.

Откуда-то из глубины ржавых джунглей послышался лёгкий удар, а потом — гудение, будто лист железа вибрировал…

Я остановился, прислушиваясь.

— Это ничего, — сказал Дамир, — Завод разрушается. Так говорят, по крайней мере. Только разрушается он больше тысячи лет, — он усмехнулся.

— По-твоему, этого не происходит? — Спросила Сяоюй.

— Нет, — он покачал головой, — Завод меняется. Он имитирует разрушение. Но не все это понимают. Обычному человеку проще думать, что это просто развалины, которые рано или поздно поглотит Великая Сушь… так спокойнее. Понимаете?

Вместо ответа я кивнул.

— Скажи, брат-каа. А каково оно там, за Кругом Льда? — спросил Дамир, почему-то посмотрев на моё левое ухо.

— Э-э-э… что? — Переспросил я.

— Ну ты ведь там был, так? Я разбираюсь в морских знаках. Твоё кольцо, — он кивнул в мою сторону, — ты получил его за тот поход?

Только теперь я понял, что он говорит о моей серьге.

Вот тебе и раз; похоже, в этом мире решительно всё имеет какое-то значение.

— Ну… что-то вроде, — я попытался ответить уклончиво.

— Понимаю, — кивнул Дамир, — вспоминать неприятно. Но ты всё равно носишь его. Значит, поход завершился достойно. Каково это, когда вокруг замерзает вода? И нельзя выжить без огня?

— Да нормально, — я улыбнулся и пожал плечами, — быстро привыкаешь.

— Да? — он выглядел очень удивлённым, — не понимаю, как к этому можно привыкнуть… я как-то был зимой в гостях у родственников на северном краю Большой Суши. Ещё в детстве. И без того там было холодно, а ночью случилось то, что они называли «заморозки». Я проснулся, пошёл из дома по своим делам, и увидел, что на камнях, на земле и даже на деревьях лежит лёд. Представляешь? Множество кристаллов льда! По всей земле! Это было красиво. Даже очень. Особенно когда солнце взошло. Но очень уж страшно. Я тогда убежал в дом и сел возле печи, которую дядя топил на ночь. Очень боялся, что вода во мне тоже превратится в кристаллы, и я стану ледяной статуей.