— Конечно, — кивнул Дамир, — в этом и есть смысл Обратимого Искупления.

— Но как же тогда понять, что действительно произошло чудо?

— О, это просто! — улыбнулся Дамир, — ты будешь помнить те добрые дела, которые совершил по настоянию наставника. Что-то ведь тебя привело в Дом Счастья? Значит, проступок был.

Я задумался на какое-то время, наблюдая за морем. А потом Дамир окликнул меня:

— Ну всё, пора на обед идти.

И я пошёл вместе с ним внутрь надстройки.

Обедать капитал пригласил нас к себе в салон. Такая услуга не входила в стоимость билета, и была его личной инициативой, как мне пояснил Дамир. Однако отказываться от неё было бы неправильно.

Салон находился в надстройке, по правому борту, на одну палубу ниже ходового мостика. Тут было довольно высоко.

Нас встретил капитанский вестовой. Вообще, удивительно, конечно — в команде было всего-то человек тридцать. Но у капитана был отдельный человек, который занимался его бытовым обслуживанием.

Сам Камиль уже сидел во главе длинного стола в салоне. Он был сухим и жилистым человеком с очень тёмной, будто выдубленной кожей, с которой резко контрастировал его короткий седой ёжик. Его глубоко утопленные чёрные глаза вкупе с крупным, крючковатым носом наводили на мысли о хищной птице.

— Рад вас видеть, — улыбнулся капитан, — друзья Сафара мои друзья.

— Благодарим за приглашение, капитан, — ответил Дамир, — да сопровождают вас попутные ветра, да будет груз для ваших трюмов, да будут ваши гавани спокойными и мирными.

— Благодарю, варс, — улыбнулся капитан, — но слишком много церемоний для простых тружеников моря. Давай те уж по-простому.

Мы расселись за столом. Я занял место, чтобы любоваться видом на море из окна. Рядом со мной села Соня. А Сяоюй и Сяомэй, кажется, специально сели так, чтобы иметь возможность хоть ненадолго забыть о том, что мы в море. Наводчице вообще тяжело давалось морское путешествие, а медведь старалась её поддерживать. Лунюй сел вполоборота и вёл себя очень тихо.

— Вообще-то на корабле сухой закон, — сказал Камиль, — но пассажиров он не касается. Мы можем подать чаю, если кто желает.

— Благодарю, — Дамир склонил голову, — мы с братом-каа практиковали физическую подготовку и фехтование. После этого не рекомендуется излишнее расслабление в обед.

— Разумно, — кивнул капитан, — а остальные?

— Благодарим за предложение капитан, — ответила Сяомэй, — но, боюсь, моей подруге тяжело даётся путешествие. Неизвестно, как организм отреагирует на чай в таких условиях.

Камиль обеспокоенно сдвинул брови.

— Что же вы не обратились раньше? — спросил он, — я дам распоряжение доктору, он зайдёт к вам после обеда, даст необходимые травы.