— Еще что-нибудь?

— Пока нет. Если этот человек снова появится, то точно узнаю.

Вера затушила папиросу, улыбнулась мне и открыла боковую дверь.

— А вы, Андрей Петрович, вилку все-таки держите попроще. Так приказчики выглядят убедительнее.

Она исчезла в коридоре.

Мы вернулись в зал порознь. Я вышел первым, задержался у стойки и только потом надел пальто. Дядя появился через несколько минут.

Мороз усилился. Выйдя на улицу, мы миновали гостиницу и направились к освещенной площади. У дешевого трактира на другой стороне улицы стояли трое. Один прислонился плечом к столбу под вывеской, двое держались в тени возле ворот.

Первого я узнал не сразу. В прошлый раз на нем была другая шапка. Но привычка тереть большим пальцем костяшки правой руки выдала его.

— Вон тот у вывески, — сказал я негромко. — Только не оборачивайтесь. Он ходил за нами в прошлый раз.

Дядя шага не сбавил.

— Уверен?

— Да.

— Тогда слушай. Сниму правую перчатку, отходишь к стене. Поправлю воротник, заходишь сзади. Остановлюсь у фонаря, берем.

— А двое других?

— По обстоятельствам.

Не доходя до трактира, дядя расстегнул пальто и слегка пошатнулся. Походка сразу стала неровной, лицо расплылось в добродушной улыбке. Он перешел улицу и обратился к человеку у вывески:

— Мил человек, где тут у вас девиц найти можно? Мы не местные, дороги не знаем. За рубль проводишь?

Тот оглядел дядю, потом меня. Я остановился поодаль и сделал вид, будто пытаюсь прикурить папиросу на ветру.

— За рубль далеко не поведу, — ответил человек.

— А далеко и не надо. Нам бы место приличное. Друг мой молодой совсем и вовсе стесняется.

Наводчик усмехнулся и коротко свистнул. Двое у ворот отделились от тени.

— Найдем вам место, люди добрые. Идемте вооон туды.

Он двинулся в переулок. Дядя пошел следом, продолжая что-то рассказывать о дороге и морозе. Я держался шагах в пяти сзади. Один из подельников пристроился рядом со мной, второй остался позади.

Переулок был темный. Только у поворота горел одинокий фонарь.

Под ним дядя остановился и поправил воротник.

Человек рядом со мной сунул руку за пазуху. Я ждать не стал: перехватил его запястье и коротко ударил локтем в челюсть. Он отшатнулся, но устоял на ногах. Из-под полушубка показалась рукоять револьвера. Я вывернул ему руку, прижал плечом к стене и выбил оружие на снег.

Впереди наводчик резко обернулся. Дядя ударил его под дых. Тот согнулся, дядя рванул его за ворот, и наводчик лицом ушел в сугроб.

Третий человек дернулся назад, к площади.

Наводчик вскочил первым и рванул к воротам. Обезоруженный после удара еще держался за стену, пытаясь отдышаться. Я отпустил его, сделал два шага и сбил наводчика ударом под колено.