Что за Карманов?
Как утоп?
Откуда взялась страховка?
Если был родственник, опознавший тело, почему выплату получает Мазурин?
Я записал все эти вопросы. Подумал с минуту и пришел к выводу, что мне опять есть, чем занять федькину команду. Пожалуй, можно даже их разделить. Сеньку, как самого болтливого, отправить узнать, что про этого Карманова болтают, а Гришку, как самого упертого, послать искать остальную родню и выяснить, много ли этой самой родни…
А остальные двое…
Я перелистнул страницу.
Рыбацкая слобода и лодочный сарай. Что-то Федька обещался разузнать подробности о прошлом владельце, но как-то помалкивает. Надо освежить его память. И для усиления отправить с ним Витьку Куницу, он хорошо справляется с нестандартными задачами. А то про Семена Слепнина, над чьей бывшей лавкой сейчас красуется вывеска «Торговый дом Морозова», тоже говорили, что он в Симбирск подался. А он на паперти сидит, в фальшивой бороде и в печали. Так может и тот бобыль-рыбак тоже где-то… сидит. И, кстати, можно к этому же делу пристегнуть ту тройку рысаков, за которую некий Морозов фантиками расплатился. Явно ведь одного поля ягодки…
И я посмотрел на свой личный-публичный дневник. Ох, как мне не хотелось сейчас ничего выдумывать! Хотелось уже задуть свечу, забраться под одеяло и вытянуть ноги. День был долгий и очень деятельный.
И суд, и старый аркашкин приятель, и Сычев с Никифоровой, и Митяй, и… Да и вообще скоро уже светать начнет!
Может, ну его? Задач и так передо мной немало, еще и выдумывать…
Я усмехнулся сам себе и решительно открыл страницу и написал.
«Боязно мне теперь, а вдруг я не справлюсь с имением-то своим? Хоть бы помог мне кто, посоветовал. У Сергея Аполлоновича боязно советов спрашивать…»
Усталость усталостью, но пока я живу здесь, это бумажное прикрытие мне необходимо. По какой бы причине Сергей Аполлонович не решил меня «на волю отпустить» раньше срока, вряд ли он прямо сейчас перестанет шарить в моих вещах. Если не будет новых записей, он может всполошиться и примется глубже копать.
Время до обеда в конторе прошло на удивление быстро. Сергей Аполлонович был весел, даже временами мурлыкал под нос песенку. Не придирался к Павлу, хоть тот был в своем репертуаре — вместо работы только делал занятой вид, а при любом удобном случае удалялся к буфету, чтобы налить себе очередную порцию кофию. Меня лишний раз не цепляли, о делах имущественных Сергей Аполлонович пока что не говорил. Дал мне задание разобрать пару архивных папок, но проверять исполнение не стал.
В общем, благодать, да и только.