— Понравилась тебе школа? — спросил я.
— Даже не знаю… — смутилась Таська. — Там все больше мальчишки, девочек мало совсем. И маленькие, а я — такая взрослая уже девица, мне взамуж пора, а я за партой. Да еще и читать не умею…
— Не надо стыдиться того, что ты учиться хочешь, — сказал я.
— Господин Морозов вчерась мне так же сказал, — похвасталась Таська. — И гривенник дал!
— Господин Морозов? — спросил я. — А где ты виделась с господином Морозовым?
— Так они же вчерась к хозяину на ужин приезжали! — радостно сообщила Таська. — До полуночи чаи гоняли, а меня Софья Ильинична прислуживать отправила. А Морозов этот прицепился с вопросами. Мол, взамуж такую пора отдавать, а не дома прятать. А я тогда сказала, что взамуж не хочу, хочу учиться. Ну он тогда меня про школу начал расспрашивать, а потом вот то же самое сказал, что и вы. И еще сказал, что ежели выучусь, он меня к себе работать возьмет! На железную дорогу, вот!
— О, так у него и железная дорога есть? — усмехнулся я.
— Он сказал, что в самый раз, когда я выучусь, они в Заволжске станцию и построят! С тогда Сергей Аполлонович станет очень богатым! — сообщила Таська. — А я смогу в билетной кассе билеты продавать! Но я бы лучше пошла в телеграфистки! Я слышала, что теперь и девицы тоже телеграфистками бывают!
— Бывают, — задумчиво кивнул я.
— А гривенник этот я решила не тратить на сладости, а попрошу дядьку Егора дырочку провертеть и на шею повешу, как талисман! Загадаю, чтобы у меня получилось на телеграфистку выучиться!
— Конечно, получится, — кивнул я.
— Ой! Я тут лясы точу, а меня же Софья Ильинична за нитками суровыми отправила! — спохватилась Таська. — Простите, барин!
Она шустро юркнула в каморку экономки, а я вернулся обратно к кофейнику.
Интересную новость принесла Таська. Значит, Морозов здесь в Заволжске железную дорогу строит. И Сергей Аполлонович собирается на этом заработать.
Хм.
Я поставил кофейник на место, вернулся за свой стол и быстро записал на клочке бумаги.
'Морозов обсуждал с Сергеем Аполлоновичем отркытие железной дороги в Заволжске
Узнать, что за этим стоит!'.
К концу рабочего дня и я, и писарь поглядывали на часы с одинаковым нетерпением. Можно было, конечно, договориться и уйти с работы пораньше, но скорее всего, писарь наш прилежно докладывает, как именно я себя веду на рабочем месте, когда ни Павла, ни самого Сергея Аполлоновича на месте нет, так что я спокойно дождался нужного часа, вежливо помахал писарю рукой, а сам вышел из дома через внутренний двор и направился к дому исправника.