И логика баек отлично укладывалась в «послужной список» Сычева. Для специалиста по спецэффектам ничего сложного нет в том, чтобы устроить зеленый дым из трубы и свечение в окнах потустороннее. Его хлеб, можно сказать.

Но главное тут даже не то, что Сычев приготовил путь к отступлению. Только ли себе или всей «честной компании» — это еще неизвестно, конечно.

Главное в другом. Настоящий Карманов, судя по собранным слухам, щуплый и чахлый. А вот выловленное тело — не факт.

Сейчас у «кукловодов» собран полный пакет для получения страховки.

Но если как только этот Карманов явится из Сызрани живым и здоровым, пакет этот превратится в тыкву. Значит, они попытаются получить выплату немедленно, как только страховщики вернутся в Заволжск.

Что ж, пожалуй, у доктора и правда есть шанс выкрутиться из этой ситуации.

Причем, возможно даже героем.

Осталось только один момент уточнить.

Происхождение этого страхового полиса, по которому они собрались получать выплату.

Пожалуй, мне придется нанести-таки визит этой «гренадерше», супруге Карманова.

Заодно и на дом этот загадочный глазами посмотрю. В котором то ли сом с человечьими глазами обитает, то ли дух Стеньки Разина в красной рубахе…

Я быстро собрал бумаги обратно в папку и вернулся в контору.

Время после обеда ползло медленно. В какой-то момент я даже почувствовал себя немного Павлом, когда под неодобрительным взглядом нашего писаря направился к буфету налить себе кофе. Здесь Сергей Аполлонович не скупился. Кофе был не самым дешевым удовольствием, но он строго следил, чтобы медный кофейник в нашей буфетной всегда был полон. Хоть и ругался иногда на Павла, что тот его пьет, как воду.

Я взял чистую чашечку, и услышал за шторкой тихий голос Таськи.

— Т — таракан, М — молоко, В — ведро… — бормотала она. — Смешно, таракан в ведре с молоком, хи-хи.

Я приоткрыл занавеску и заглянул в «хозяйственный коридор. Днем эту дверь не закрывали. Рядом с дверью в каморку экономки сидела прямо на полу Таська и держала в руках лист с нарисованной моей рукой 'азбукой».

— Учишься? — шепотом проговорил я.

— Ой! — вскинулась Таська, тут же вскочила и принялась разглаживать складки на форменной юбке. А лист бумаги спешно спрятала в карман фартука. — Что ж вы так пужаете-то, барин? У меня чуть сердце не выскочило!

— Как на новой работе? — спросил я. — Не обижают?

— Легкотня! — радостно разулыбалась Таська. — И ручки теперь у меня такие нежные, как у принцессы! На кухне-то всегда цыпками покрывались…

— В школу не ходила еще? — спросил я.

— Ходили-ходили! — закивала Таська. — Пока только прошение подали, сказали, что с сентября учеба начнется. Но ежели мне хочется, то я смогу каждую среду туда ходить. Только там все давно учатся, и читать умеют. Вот я и учу буквы, чтобы надо мной не смеялись, когда я приду…