Антонина говорила чётко, без лишних эмоций, но пальцы её всё время невольно гладили серебряную палочку, запрятанную за наручем. Окинула нас всех строгим взглядом, кивнула и, не теряя достоинства, покинула гостиную. Я скользнул взглядом по Григу — тот только пожал плечами, хотя по тому, как нервно дёргались его уши, было ясно: волнуется. Рядом с ним Ангелина что-то тихо нашёптывала ему на ухо.

Я допил свой сидр, почувствовал знакомое тепло на предплечье — метка начала зудеть. Вся гостиная вдруг зашевелилась: кто-то сразу начал проверять свои татуировки, щёлкая по ним пальцами. Я прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться и считать послание: «Иван Стрельцов, пожалуйста, пройдите к восточной арке внешней стены к хозяйке Дома Антонине Голдсмит».

— Ну всё, похоже, мне достался пост на самой высокой стене, — буркнул я, глядя на Грига.

Григ медленно поднялся, потянулся за своим посохом — не просто палка, а вполне технологичный агрегат. За последнее время он его явно апгрейдил: тут тебе и кристаллы, и трубки, и какой-то фонарь, светящийся подозрительно жёлто. Посох стал короче, зато выглядел куда более опасным.

— Я с тобой. Команда есть команда, — заявил он, и я хмыкнул.

— Как в старые добрые времена, да? — подмигнул я, но Григ только скривился.

— Нет уж, увольте. Ещё раз столкнуться с Ужасами — увольте, — пробурчал он. Мы быстро проверили свои пожитки: амулеты, ножи, мелочь вроде запасной верёвки и кусочка сахара на всякий случай. Всё при себе. Двинули к выходу из башни.

Путь к восточной стене был не из коротких — Академия разрослась до размеров приличного города. Я, может, и мог бы ускорить шаг, но Грига бросать не хотелось: во-первых, он тут знал все закоулки куда лучше меня, во-вторых, его ворчание меня даже развлекало. По дороге он не уставал ругать архитекторов Академии: мол, кто додумался каждый этаж выкладывать исключительно из камня.

— Думаешь, могли бы обложить стены мхом и травой? — спросил я, не удержавшись от подколки.

Григ посмотрел на меня поверх серебряных очков, пожал плечами:

— А почему бы и нет? У нас так делают — удобно, растения всю влагу впитывают. Только дикари, правда, иногда и нужду справляют прямо на траву… — пробурчал он ещё тише. Я чуть не расхохотался, но решил не развивать тему. Представить гремлинов, которые поливают траву на уроках, мне хватило на сегодня.

— Ты даёшь, приятель, — хмыкнул я. Он кивнул с явным одобрением, и мы вдвоём толкнули массивную железную дверь, ведущую на стену.

Внешняя стена поражала размерами — высотой с пятиэтажный дом, шириной более двух с половиной метров. Проход там был узкий, метра полтора, не больше, потому что каменные блоки были словно сдвоены по толщине. Насколько я помнил, под проходом был специальный слой зачарованного песка — для того, чтобы смягчать удары и не давать стене растрескаться. Между этой стеной и следующей возвышались несколько башен. Кстати, это был самый низкий участок из всех стен Академии. Всё это напоминало мне гигантский свадебный торт: каждое следующее кольцо стен возвышалось над предыдущим метра на четыре с половиной, и казалось, будто кто-то нарочно выстраивал всю эту красоту для какого-то очень странного праздника.