— Антонина предупредила, чтобы я пока что не ходил в столовую, — напомнил я. — Ты не знаешь, где мы можем еще поесть?
Анна улыбнулась, и на ее лице появилось совершенно шаловливое выражение. Она прикусила нижнюю губу и сложила руки за спиной, будто что-то скрывая. Наклонившись ко мне, она хитро прошептала:
— О, у меня есть отличная идея, но ты должен обещать, что не испугаешься, когда ее увидишь.
Я удивленно поднял бровь. Ну, это уже интересно.
— Ладно, Анна, — усмехнулся я. — Давай посмотрим, какой ужасной участи, по твоему мнению, я заслуживаю.
Глава 24
Никогда не думал, вот уж правда, что занесет меня на крышу одной из этих башен. Даже не знал, если честно, что студентам сюда вообще разрешается подниматься так высоко. Секретное место, что ли?
Я обхватил Аню за талию, прижал её голову к своей груди, и мы молча любовались на раскинувшуюся под нами панораму. Вид отсюда, конечно, открывался потрясающий. Академия выглядела как странный гибрид Минас Тирита и чего-то еще, совершенно нелепого. Со стороны здание и так казалось странным: крылья, тянувшиеся между кольцами стен, башни, раскиданные без порядка, некоторые крылья обрывались внезапно, а другие прорывались через несколько стен. Сверху все это напоминало запутанную паутину. Архитектор явно был под чем-то.
Я отвел глаза от этого архитектурного чуда и поцеловал Аню, обвив её руками. Она тут же ответила, вцепилась в мою форму, издав благодарный вздох. Приятно, черт возьми.
Когда мы оторвались друг от друга, она улыбнулась мне. В руках Аня держала плетеная корзинка, доверху набитая различной едой. Пикник на крыше? Неплохо.
— Ну что, время десерта! — воскликнула она радостно, а я скривился.
— Я бы спросил, не хочешь ли сначала чего-нибудь солененького, но я уже понял, что это бесполезно, — усмехнулся я. Сладкое у Аньки всегда в приоритете.
Мы уселись на серую шиферную крышу, ощущая ее шершавость под собой. Вид открывался потрясающий — ветерок ласково шевелил траву, создавая ощущение простора и покоя. Вдалеке живописно раскинулись деревья, дополняя этот прекрасный пейзаж.
Я обнял Аньку за талию и аккуратно подтянул к себе на колени. Она звонко рассмеялась и уютно устроилась в моих объятиях, прижимаясь спиной к груди. От нее пахло чем-то неуловимо знакомым и теплым.
Потом она полезла в корзинку и бережно развернула маленький кекс. Повернулась ко мне, дала откусить кусочек. Посмотрела с любовью, этим своим особенным взглядом, и поцеловала в губы.
«Это потому, что я люблю тебя,» — сказала она с улыбкой. От ее слов стало как-то теплее на душе, хотя ситуация была странная. Следующие три кекса она умяла сама. Анна очень любила сладкое, это я уже успел заметить. Пока она ела, я просто провел рукой по ее волосам, чувствуя их мягкость под пальцами.