Над Академией всё ещё бушевал световой фейерверк. Директор разбрасывал звездочки направо и налево, словно ребенок, играющийся с бенгальскими огнями на Новый год. И Ужасы исчезали одна за другой, растворяясь в воздухе.

Я двинулся было к Алисе — она стояла чуть в стороне, бледная как поганка. И тут заметил: она как-то резко побледнела еще сильнее, будто её только что выжали как лимон. Не успел глазом моргнуть, как она вскрикнула и начала заваливаться набок. Рефлекторно успел подхватить её под руки — не хватало ещё, чтобы она приложилась головой о каменный пол. Аккуратно уложил на землю. Лоб у неё был влажный от пота, а из левого уха тонкой, неприятной дорожкой текла кровь. Черт, что с ней?

— Ты… — начал я, склоняясь над ней, но тут чья-то рука ударила меня по плечу и оттолкнула в сторону. Резко, сильно.

— Отойди от неё! — завопил Лорен и снова бросился на меня, пытаясь ударить в грудь. Я успел ухватиться рукой за шершавую каменную стену и не упасть, но долго сдерживаемая злость и какая-то подспудная неприязнь к этому придурку, которая копилась с нашей первой встречи, зажгли в моих глазах красный огонь. Усталость улетучилась в один миг, словно её и не было, когда новая, жгучая энергия заполнила мое тело. Я медленно выпрямился, чувствуя, как напрягаются мышцы.

— Что ты несёшь, псина? Я спас её от падения! — Слова Лорена ударили как пощёчина. Псина? Да я только что вытащил его протеже из лап огромного чудовища! Мои глаза сами собой сузились, а рука потянулась поправить дурацкие очки, которые вечно норовят съехать в самый неподходящий момент. Губы сжались в тонкую линию — так и подмывало зарычать в ответ, показать клыки, которые, к слову, у меня пока не выросли, но очень хотелось. Чёрно-красная аура уже начала нетерпеливо вихриться вокруг трости, словно хищник перед прыжком. В тот момент я был абсолютно уверен, что мог бы просто стереть этого оборотня в порошок, если бы он хоть на секунду потерял бдительность. Дело явно пахло керосином и обещало перейти в знатную, кровавую драку.

— Постой-ка, постой! — Между нами вклинился краснокожий парень-рыба, разводя руками, пытаясь разнять нас, как школьный завуч. — Оборотни не могут сдержать свою реакцию на прикосновение к человеку, которого они считают своим партнером. Это не было нападением.

Адреналин всё ещё бурлил в крови, подгоняя стук сердца и нашёптывая: «Ну всё, сейчас разберусь с этой проблемой раз и навсегда», имея в виду, конечно, Лорена. Но слова парня-рыбы, как ни странно, немного охладили мой пыл. Вдох-выдох. Стараясь взять себя в руки, я сделал шаг назад. Ноздри всё ещё раздувались от напряжения, но с каждым глубоким выдохом я чувствовал, как гнев отступает, уступая место холодной решимости.