От его жуткой ухмылки у меня аж волосы на затылке зашевелились.
– Только представь, – продолжил он, – что в такой семье самопровозглашённых “богов” рождается жуткое дитя с сильнейшим чёрным даром. Но всё же поначалу мой отец даже обрадовался. Когда он понял, что внутри моего тела кроется чудовищная сила, он решил, что эту силу можно использовать для укрепления власти. Он даже стал уделять мне куда больше времени, чем старшему брату, в результате чего брат меня возненавидел. Он решил, что отец хочет отдать престол мне. Может, он и правда собирался, но потом стало ясно – мой дар не получится обуздать. Он становился сильнее с каждым днём и сдерживать его становилось всё сложнее. В конце концов отец испугался. Они с братом приняли решение поставить на меня сдерживающую печать, чтобы навсегда запечатать дар. Для этого провели страшнейший обряд с использованием магии крови, после которого я лежал без сознания несколько дней. А когда я очнулся, то узнал, что отца не стало. Брат утверждал, что у отца не выдержало сердце. Точнее, он сказал: “Это ты его убил, так как он перенервничал из-за обряда”.
Он ненадолго замолчал. Видимо, заново проживал те события. А от его следующих слов мои руки сами собой сжались в кулаки.
– Он ещё сообщил, что вынужден был объявить жителям столицы о том, что их обожаемого правителя погубил проклятый принц. И обезумевшие от этой новости жители потребовали суда, который прошёл без моего участия. На нём меня приговорили к страшнейшей мере наказания – меня решили сбросить туда, куда сбрасывали самых страшных преступников, которые не заслуживали даже смерти. А именно – в чёрный мир Рактар.
Я аж подскочила, вспомнив, что ректор как раз и назвал Аина наследником правителя чёрного мира Рактар. Но, подумав, промолчала. Лучше сейчас было не сбивать его.
– Мир Рактар – это даже не тюрьма, – страшным голосом проговорил Аин. – Это был изощрённый способ казни для самых неугодных императору людей. Этот мир, парящий среди пустоты и окружённый полем мёртвой тяжёлой силы, представлял собой жуткое место. Там не было ничего, кроме чёрной пустыни. Говорили, что мир живой и что в нём заключено угасающее сознание жуткого кровожадного божества. Этот мир не давал быстро умереть, а после смерти не давал упокоиться. Он навсегда привязывал к себе души тех, кто стал его жертвой. Все знали, что из этого мира невозможно вернуться. Когда брат спокойным голосом объявил мне о смерти отца и приговоре, почти не скрывая того, что его буквально распирает от радости, я пришёл в ярость. Мой дар заставил печать треснуть и частично выплеснулся, однако брат только расхохотался и... активировал защитный амулет, который создал, используя мою кровь.