– В Кастелламмаре продают имбирь?

Было уже поздно, магазины закрылись, но Анита поддержала мою идею и позвонила во все рестораны, где работали ее знакомые. Телефон начал трезвонить, словно днем: Аните перезванивали какие-то друзья друзей. Наконец нашелся китайский ресторан в Помпеях, в котором были готовы дать нам один из этих желтоватых корней, похожих на голых бесформенных кукол. Это был китайский ресторан, а ведь весь Пекин знал, как лечить камни в почках. Луиза уже спустилась вниз, а Анита побежала в комнату сына, когда телефон зазвонил еще раз. Я ответила, особо не раздумывая:

– Алло?

– Анита дома?

– Да, но она занята… Передать что-нибудь?

– Ты – Фрида? – спросил незнакомый мужской голос. – Дай мне поговорить с Анитой, умоляю тебя. Я вел себя непростительно, причинил ей боль, я знаю. Но для меня она единственная женщина, и я уже семь месяцев не слышал ее голоса. Я больше не могу, прошу тебя…

Умберто закричал, и меня так поразил его вопль и, как отклик на него, моя боль, что я решительно положила телефонную трубку.

От имбирных компрессов Умберто сильно вспотел. У него даже волосы стали влажными. Несмотря на грустный вид, он позволил мне себя лечить. Я точно не знала, уменьшает ли имбирь сами камни или просто обезболивает их выведение. Наконец в районе часа Умберто заснул. Улица тоже спала, только иногда до нас долетало ворчание мопеда. Мы с Анитой сидели, положив усталые ноги на стул, обе в ночных рубашках и неподходящих моменту ярких тапках. В кухне пахло, как в кабинете восточного волшебника. Мы не включали телевизор, мы были готовы прийти Умберто на помощь и должны были следить за расписанием приема лекарств. Неоновая лампа гудела, иногда приятно пощелкивала, как электрический фумигатор от комаров, и Анита попыталась прогнать меня спать. Но я не хотела ложиться, я пожелала остаться рядом с ней. Анита перестала настаивать и зажгла сигарету. Изгибы табачного дыма танцевали вокруг нее, и Анита начала говорить.

Среди множества воспоминаний, которыми она со мной поделилась, была история о том, как зародилась кулинарная страсть Умберто. Когда она жила в Граньяно, а дети были еще маленькими, Кармине каждое утро оставлял ей тысячу лир на расходы. Аните приходилось из кожи вон лезть, чтобы уложиться в сумму. Хотя муж щедро хвалил ее стряпню, он был в доме мужчиной и не делал ровно ничего, даже не ставил тарелку в раковину. А вот ее первенец с раннего детства любил кружить по теплой кухне с ее приятными запахами. Он наблюдал за мамой и бабушкой, которые готовили бок о бок, словно их связывали нити фартуков. В какой-то момент, после высадки человека на Луну, Умберто начал удивлять Аниту. Однажды она вернулась из офиса, а он встретил ее приготовленной им пастой с томатным соусом. Если она заранее варила соус с фасолью, Умберто к ее приходу ставил кипятиться воду и кидал пасту. Анита ругала сына за то, что он самостоятельно зажигал газовую плитку, ведь он был всего в третьем классе начальной школы. Но в глубине души мать гордилась смелостью и инициативностью сына.