— Но при чем здесь тогда Сергей? — не выдержал Андреев.

— А при том, что он сам должен был приструнить свою подчиненную. А еще лучше — сделать полную проверку ее прошлого! Вывести на откровенный разговор. Обратиться к товарищам из ОГПУ. Тем более, что охраной института занимается ведомство товарища Менжинского и сообщить о странностях Белопольской он мог даже никуда не ходя!

— Проверку сотрудников, которых я нанимал, проводило ОГПУ, — решил я вмешаться в этот обвинительный спич. — И ни на кого мне не указали, как на скрытого врага народа.

Ворошилов метнул на меня уничижительный взгляд и сделал вид, что я ничего не говорил, продолжив гнуть свою линию.

— Мало того, что он потакает этой гражданке, так еще и сделал ее своей заместительницей! Есть подозрение, что у гражданина Огнева с гражданкой Белопольской отношения вышли далеко за рамки обычных рабочих. И еще одно — Сергей Огнев принес на наше рассмотрение два доклада, вместо одного. И один из них написан именно той самой Анной Белопольской, чье предложение о смягчении режима заключения в лагерях мы уже решительно отвергли. А самое главное — принес он эти доклады только тогда, когда гражданка Белопольская написала свой, хотя до этого Сергей Огнев уже подготовил работу по заданной теме. По моему мнению, тут все очевидно — гражданка Белопольская — скрытый внутренний враг. К тому же выяснилось, что ее отец — член РОВС, а дед сидит как раз в одном из наших лагерей. Да и сама она из дворянского рода. Гражданин Огнев же полностью ей во всем потакает и следствию необходимо выявить — насколько он вовлечен во вредительскую деятельность гражданки Белопольской, но у меня нет сомнений, что теперь, несмотря на былые заслуги, гражданин Огнев работает во вред нашей стране!

Высказавшись, Ворошилов сел на место и с презрением посмотрел на меня.

На зал опустилось молчание. Все переваривали только что услышанную новость. Даже товарищ Сталин задумчиво посматривал на старого соратника и кидал нечитаемые взгляды на меня. Но вот он оглядел всех членов политбюро и прокашлялся.

— И все же, товарищ Ворошилов, откуда у вас такие сведения?

Климент Ефремович выразительно покосился на меня, явно не желая в моем присутствии разглашать эту информацию.

— Товарищ Огнев, выйдите пожалуйста на минуту, — правильно понял его Сталин.

Я молча покинул зал, гадая, чем окончится так и не начавшийся доклад.

«Вот блин, опять у меня ожидания не оправдались! — снова мысленно посетовал я. — А ведь было предчувствие! Все пока идет в точности, как с дипломной работой! Но Сталин — не Жижиленко. Он явно меня выгораживать не будет. Подозрительный слишком. Спасает пока лишь то, что я считаюсь его человеком. И нападки на меня воспринимаются им, как нападки на него самого. Но что если Ворошилов сможет его убедить в своей правоте? Вот тогда будет жо.!»