— Да, это имеет смысл, — Подумав, сказал Санитар, — Я его не знаю, но если ты считаешь, что он способен принять наши условия, то почему бы и нет?
— Способен. Он мужик себе на уме, но идти до конца с этим Сталеваром точно не будет. У Картографа тоже есть принципы и здравый смысл.
— Вы бы лучше подумали, как убить Цербера, а не лезли своими ручонками в игры взрослых дядей, — Кислым тоном прервал их Леонид, — Не думаю, что в вашем отряде все сильны также, как ваш Вик.
— Насчет силы ты не прав, но обсудить тактику против него определенно стоит, — Согласился Санитар, и добавил, — Еще одно высказывание в снисходительном тоне — и я выбью тебе все зубы. Медленно и со вкусом.
— Как дети отрывают крылья мухам, — Мстительно добавил медведь. Главарь бандитов пренебрежительно фыркнул, но свой фонтан красноречия заткнул.
Еще полчаса группа обсуждала уязвимые места химеры и свою стратегию борьбы против монстра. Самой простой целью были человеческие головы, но их Виктор уже успел уничтожить самостоятельно. Другой целью были уже открытые раны, однако химера спокойно залечит их за ночь и следующее утро. Оставалось лишь наносить удары по главной морде, особо выделяя фасеточные глаза, и пытаться пробить ее хитин в каком-то одном месте. К счастью, друзья захватили из ЦУМа и небольшой меч специально для Виктора. Не такой удобный как Флюстерн, он все же был куда лучше, чем какая-нибудь дубина или органическое лезвие зомби. С новым оружием хитокири вполне мог попытаться пробить толстую шкуру. А там где не справится Санитар, вполне может преуспеть Лисса со своей нечеловеческой силой, или Цианид со своими составами. Все это, как и взаимодействие способностей других членов команды, они обсудили, пока Леонид тормошил последнего члена своей банды. Турник выглядел еще паршивее своего атамана, но безропотно дал увести себя в санузел. Они отмывались достаточно долго, чтобы Виктор сотоварищи обсудили все, что сочли нужным.
— Ну и отлично! — Хлопнул в ладоши он, — Дело осталось за малым — убить саму химеру! — С нарочитым энтузиазмом сказал Санитар, подводя итог их собранию. Простая фраза неожиданно подняла общий дух: друзья вокруг заулыбались и немного расслабились.
Интерлюдия 4. Ожидание и действие.
Небольшой двухэтажный домик в частном секторе, уютная комната на втором этаже, сидящий на табуретке немолодой мужчина. Обстановка внутри практически не поменялась за прошедшую неделю: те же тяжелые сиреневые шторы, специфический запах лекарств и благовоний, женская мелочевка на прикроватном столике. Изменилась лишь самая крупная деталь интерьера: огромная двуспальная кровать теперь превратилась в футуристичный гроб, вдобавок еще и обитый железом. Утыканный датчиками, увешанный странными амулетами, с пуленепробиваемым стеклом наверху — он смотрелся чужеродно и даже дико в обычной спальне. Внутри него на бархатной подкладке лежала, красивая, все еще выглядящая молодой, женщина. Тяжелые густые локоны черным водопадом рассыпались по подушке, точеное лицо было болезненно бледным, а тело ее оставалось совершенно неподвижным. На длинных ресницах и впалых щеках образовалась изморозь, кожа приобрела синеватый оттенок, а тянущий холод чувствовался даже через герметичные стенки.