Однако проблемы все же возникли. Чем дальше они шли, тем больше начинали на них оглядываться остальные зомби.
"Почему мы начали привлекать внимание?" — Вдруг подумал он, и этот вопрос мгновенно выбил Санитара из расслабленного состояния, в котором он пребывал всю дорогу. Теперь Виктор сполна ощутил и гудящие от напряжения ноги, и свое взвинченное состояние, и гнилостный аромат сотен ходящих тут и там мертвецов. Его дыхание на секунду сбилось, и он чуть не закашлялся, по инерции едва не поднеся руку к лицу.
"Черт, черт, черт!", — Раз сбившись, дыхание так и не вернулось в норму. Он снова принялся дышать редко и глубоко, как делают все обычные люди, начал отставать от своего "питомца", допускать ошибки в походке мертвецов. Эти, а может быть и другие проколы в поведении еще больше насторожили массу нежити. Санитар вдруг стал замечать, что некоторые мертвецы после их прохода все чаще приостанавливались, а то и вовсе начинали глядеть им вслед.
"Где мы прокололись? Откуда такое внимание? Нет, где Я прокололся, будем с собой честны: настоящий зомби вряд ли бы как-то их сагрил", — В этот момент парень как раз шел мимо очередной группы зомби, когда один из обращенных задел его плечом. Мертвец по инерции развернулся, а затем вдруг замер. Замер и Виктор. Лишь его провожатый продолжал упрямо тянуть веревку вперед, благо со своими характеристиками парень без особых проблем мог удержать его на месте.
Между тем задетый плечом зомби не спешил идти своей дорогой. Он уставился своими бельмами прямо на Санитара и время от времени дергал головой, словно в нервном тике. А потом вдруг протянул руку к напрягшемуся игроку.
"Что он собирается делать?" — Виктор слегка отодвинулся от него, а по спине парня потек холодный пот. Секунда, другая, третья. И мертвец вдруг заревел, уже по-настоящему рванувшись на человека.
"Точно, пот!" — Понял Санитар, — "Они чуют, его, как один из "живых" запахов". Он получил свой ответ, но было уже поздно: все оставшиеся зомби точно также увидели в нем угрозу.
Широкая дорога, брошенные остовы машин, свинцовое небо. И маленькая фигурка, со всех сторон окруженная кровожадной нежитью.
Интерлюдия 2. Вопросы без ответов.
Картограф любил собирать паззлы. Маленькие кусочки, совершенно разрозненные и почти не связанные друг с другом, будучи поставленными в правильное положение складывались в великолепную картину. Также было и с картами. Политические, исторические, гео- и этнографические — накладываясь одна на другую они давали четкий ответ. Не всегда и не во всем, но ему хватало и этого. Не сложно догадаться, что со временем любимое хобби стало сначала работой, а потом и своеобразным взглядом на жизнь, где отношения между людьми, их ценности и чувства были всего лишь трехмерными картами, частичками мозаики, собираемой от рождения до смерти.