Поняв, что не может причинить им вреда своим новым оружием, самый молодой из бандитов вновь впал в отчаяние.

— Нет! Помогите! — Закричал он своим сокомандникам, и бросился бежать к ним, кое-как уворачиваясь от других зомби. Отростки с лезвиями, будучи бесполезными против ленточников, хорошо защищали своего хозяина от всего остального. И лишь поэтому паникующий бандит все еще был жив.

Однако, кроме зомби оставались еще и люди, которым такая трусость сокомандника понравится не могла. Виктор был уверен, что бандита сразу же пристрелят свои, но, к его удивлению, члены банды действительно начали прикрывать товарища. Трое стрелков открыли огонь по ленточникам, Турник кислотой отогнал быстрых прыгунов, а полумонстр-полубандит бросился навстречу бегущему навстречу сокоманднику, раскидывая в стороны нападающих со всех сторон мертвецов.

— Сорняк, не спи! — Кричит главарь бойцу с горбом, отбрасывая очередного зомби костяной пулей. Его подчиненный только вздохнул и опустился на четвереньки.

Виктор вздрогнул, ощутив прокатившийся по венам огонь. Он не знал, что хотел сделать тот бандит, но, судя по интуиции, что-то очень опасное.

Встав на четвереньки, мужчина выпятил горб и как можно сильнее уцепился за трещину в асфальте. Не обращая внимания ни на что вокруг, он лишь напрягся, тужась, словно при родах, и плоть на его спине тут же начала раздаваться вширь, надуваясь изнутри словно мыльный пузырь. Светло розовый комок плоти рос буквально на глазах, а его внешний слой натянулся так сильно, что было видно бугристые следы от вен и микротрещины на поверхности.

Через какие-то несколько секунд вырос настоящий холм из плоти. До уха Виктора донесся душераздирающий треск, а затем горб просто взорвался, обдавая близко стоящих товарищей слизью и гноем.

— Твою мать!

— Полегче!

— Какого хрена?! — Стрелки прекратили огонь, вытирая рукавом испачканные лица. Их секундная заминка едва не стоила убегающему парню жизни, но в этот момент до нежити долетели небольшие споры, больше всего напоминающие увеличенные в десять раз семена одуванчиков.

Бах!

Один снарядов столкнулся с зомби и разнес ему половину тела.

Бах!

Другой заряд сжег несколько трупов и проплавил дыру в асфальте.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

На поле боя началась форменная вакханалия. Высвобожденные споры летали по дороге и прилегающему к ней двору совершенно свободно, никем не управляемые и ни от кого не зависящие. Выпущенные на волю семена взрывались тут и там, калеча зомби, трупы, и даже собственных союзников. Теперь, кроме химической вони ацетона и запаха разлагающихся тел добавился еще и аромат керосина и жженого сахара, остающийся после взрыва спор.