Вскоре стало ясно, зачем тварь усердно собирала их — поле мертвецов. Целая куча высокоуровневых зомби, которых хотел поглотить монстр, чтобы заполучить новые свойства и умения. Проблема была в том, что сам он не готов был драться с такой толпой одновременно, так что поручил это собранному им мясу. Первое задание, после которого тварь пообещала еще больше разных благ. Все согласились, разумеется. Кто-то из страха, кто-то — из-за наживы, одному так и вовсе нравилось убивать, не важно людей или нежить. Однако теперь эти отморозки мертвы. Как и его друг, погибший от руки слетевшего с катушек сокомандника. Ушел, как ранее ушли двое их свободолюбивых приятеля, убитых безжалостной тварью в день своего появления.
— Наконец-то ты сдохнешь, мразь! — С ненавистью выдохнул он, глядя в белую пленку на месте фасеточных глаз чудовища. Мужчина неторопливо поднес ствол органической пушки к лобастой голове твари. Та никак не отреагировала на угрозу, лишь сипела выжженными легкими и скалила пострадавшую пасть. В груди у нее что-то клокотало и булькало, регенерация задней лапы практически прекратилась: очевидно, что химере не доставало органического материала.
Монстр прострекотал что-то, видимо потеряв навык человеческой речи. Шлягер лишь оскалился:
— Никакой пощады, говноед! — Пушка стрелка загудела, набирая снаряд. Химера дернулась, мотнула головой, но он повел стволом вслед за движениями Цербера.
— Не уйдешь! — Самодовольно хмыкнул он, — А теперь финальный залп!
Бандит положил правую руку на оружие, чувствуя как его охватывает нетерпеливый мандраж. Еще немного, и он добьет своего врага. Осознание этого действовало на него как наркотик, он до исступления хотел посмотрел в умирающую морду своего врага.
"Он все еще жив. Не отвлекайся", — Сказал сам себе Шлягер, и щелкнул тумблером на своей пушке, бросив быстрый взгляд на его расположение. Мутант лишь на секунду отвел взгляд от монстра, но и этого оказалось достаточно.
Цербер не мог поднять и лапы, слишком ослабев от принятого урона. Не мог он ни укусить своего противника, ни ударить языком — вся его ротовая полость была сожжена зажигательными пулями вкупе с кислотой Турника. Однако хвост, мощный, сегментированный отросток с двумя ядовитыми шипами на конце, все еще функционировал. Быстрый, почти незаметный взгляду росчерк, едва слышное жужжание трущихся о воздух хитиновых элементов. Мутант умер моментально, не успев почувствовать ни боли, ни страха. Шип вошел ему в глаз, достав до мозга. Шлягер так и рухнул под лапы своего убийцы: брошенная марионетка с приклеенной улыбкой превосходства.