— Два дня, — ответил я. — Боёв не предвидится, с нашим уровнем в этой локации не должно возникнуть проблем. Да и делать нам пока особо нечего… почему бы не прогуляться, раз уж мы здесь?
— У меня есть пучок стрел про запас, — успокоила товарища Хамель; она держалась
непринуждённо, но я заметил, что ей было очень любопытно и хотелось посетить места, где начинал «Неназываемый», а уж интерес Гильта мне было совсем легко прочитать.
— Уговорили! — рассмеялся Ванорз, и мы двинулись к выходу.
Уже когда мы подходили к красивым железным дверям, я обернулся, потому что заметил движение. Из пола по периметру круга всплывали прозрачные фигуры воинов в полных латах. Броня изобиловала деталями и гравировками — в основном черепами и костями, переплетающимися в затейливом орнаменте. Вооружённые светящимися двуручниками призраки отсалютовали нам, и мы покинули портальный зал.
В ещё более похорошевшей галерее мы увидели других призраков, очень похожих на тех латников, с которыми мы сражались здесь. По сути, это были те же рыцари, только облачённые в более простые доспехи. Сейчас они занимали места на постаментах, где некогда красовались статуи, ныне разрушенные почти до основания.
То же самое ожидало нас в длинном коридоре, по которому мы прошли к запасному выходу. То и дело встречающиеся призраки уступали дорогу, уважительно салютуя нам своим оружием. На выходе мы не обнаружили никакой матовой плёнки — подземелье перестало существовать, по крайней мере в статусе игровой локации.
Ложбина с руинами тоже изменилась: даже при свете дня можно было разглядеть призрачные линии некогда стоящего здесь храма. Окутавшая низину тишина и еле заметные силуэты собора, поблёскивающие над развалинами, придавали теперь этому месту атмосферу некой опасной величественности.
Шатающейся нежити не было, но я заметил негативную энергию псевдожизни в сотнях, если не тысячах костяков, лежащих совсем не глубоко под землёй. Пожелай того Мор, и все они могли восстать в одно мгновение.
Мы выбрались из низины и направились на юго-восток. Я пытался распознать местность, вспомнить какие-нибудь детали того пути, который проделал тогда из Ансурака, но очень быстро осознал, что ничего примечательного в памяти не отложилось, а кусты и стволы деревьев, переплетённые лианами, ничем не отличались, на мой взгляд, друг от друга.
Скоро вперёд вышли эльфы, показывая места, где пройти было проще, а мы с дварфом шагали за ними вслед. С удивлением я отметил, что двигался сейчас не хуже товарищей, без труда поспевая за ними, и даже совсем не уставал. В памяти ещё были свежи воспоминания о тех трудностях, которые я всегда испытывал в походе, как плёлся всегда позади, разбивал в хлам обувь и валился без сил на привале. Сейчас же я шёл споро, конечно, не так легко и тихо, как эльфы, но, если мой слух меня не подводил, гораздо тише Гильта, и, самое главное, не чувствовал никакой тяжести в мышцах… а ведь они всегда забивались у меня через пару часов. Может, дело в том, что сейчас на мне не было кольчуги?