Войдя в спальню, я не стал зажигать свет. Просто стянул с себя уличную одежду, бросил ее на кресло и, оставшись в одном белье, подошел к окну. За стеклом чернел мокрый от дождя сад. Небо было беззвездным, затянутым плотной пеленой туч.

Я привычно закрыл глаза, попытался «включить» зрение, заглянуть внутрь себя. Но вместо привычного серо-стального сияния я ощутил… пустоту. Тусклое, едва мерцающее пятнышко где-то в глубине солнечного сплетения. Мой резервуар был почти на нуле.

Гримуар молчал. Видимо, решил, что даже его едкие комментарии сейчас будут излишни.

Я отступил от окна и рухнул на кровать. Пружины жалобно скрипнули.

Этот день вымотал меня, но он же и дал мне многое. Я встретился лицом к лицу со столичной проверкой и не дрогнул. Я заставил их играть по моим правилам и, что не маловажно, показал, что вся старая информация обо мне некорректна. Теперь они не будут знать, чего от меня ожидать.

Вот и хорошо.

Я закрыл глаза и даже не заметил, как наступило утро.

Дребезжащий звон будильника ворвался в сон, выдернув меня из такого желанного отдыха. Я с трудом разлепил веки. В комнате царил сумрак, так как солнце едва пробивалось из-за задернутых штор. Тучи на небе обещали продолжение вчерашней погоды и никакого солнца.

Тело отказывалось подчиняться, но я понимал, что обязан подняться и двигаться дальше. Просто обязан сам себе.

Я лежал несколько минут, глядя в потолок и прислушиваясь к собственному организму. Да, резервуар был почти пуст. Но где-то на самом дне еще плескались остатки энергии, которых должно было хватить на этот день. Должно было.

Собрав в кулак остатки воли, я заставил себя подняться. Холодный душ, горячий кофе, привычная утренняя рутина, доведенная до автоматизма. На кухне меня уже ждали девушки. Они молчали, но в их глазах читалось напряженное ожидание.

Очередной день, который нес с собой непростые решения и не самые легкие задачи. А могли бы просто работать, выписывать вердикты по смертям, и никаких проблем…

Мы ехали по утреннему городу. Я вел машину. Руки уверенно лежали на руле. За окном шла обычная будничная жизнь. Люди спешили на работу, из труб кофеен валил ароматный дым, школьники с рюкзаками, похожими на панцири черепах, толпились на перекрестках.

Этот контраст между мирной суетой и тем, куда мы направлялись, создавал ощущение неправдоподобности нашей ситуации. Мы были частью этого мира, но жили по его изнаночной, темной стороне.

Я был спокоен. В голове уже прокручивался план: я покажу им тело, озвучу факты только как коронер. Никакой магии, никаких домыслов.