— Чайку еще желаете, господа? С лимончиком?
Нандор, не отрывая взгляда от карт, отрицательно качнул головой.
— Благодарим, нет.
Проводница, привыкшая к молчаливости и сдержанности этих странных, но красивых пассажиров, пожала плечами и прикрыла дверь. Стук колес снова стал единственным аккомпанементом их молчаливой игры.
Шая легко, почти не глядя, бросила на стол карту. Шелест картона по ткани.
— Что думаешь, Нандор?
Он поднял на нее глаза. В них на мгновение промелькнула тень усталости, но тут же исчезла.
— Думаю, как повесить тебе «погоны».
Она отбилась от его десятки своим валетом, и на ее губах появилась легкая усмешка.
— А если серьезно?
Он вздохнул, собирая карты со стола и сбрасывая их в «отбой». Стук колес, казалось, стал громче, настойчивее, словно торопил их, гнал вперед, к этой крымской глуши, пропитанной запахом соли и застарелой расовой ненависти.
— Серьезно? — он перетасовал колоду, его длинные, тонкие пальцы двигались с завораживающей ловкостью. — Ничего не думаю. Далекий край. Все клали на указы Императора с высокой колокольни. Всегда так было. Вот и началось.
Он сдал карты. Себе. Ей.
— Думаю, что никаких фанатиков там нет, и все это дымовая завеса. Разрисовали пару деревьев, вырезали сердце, навели суету, чтобы скрыть обычные, банальные убийства на почве расовой неприязни. Местные алкаши решили развлечься, поохотиться на «ушастых». А потом испугались, что им за это прилетит из столицы, и попытались все свалить на каких-то мифических оккультистов. Примитивно, но для провинции — вполне рабочий сценарий.
— Слишком серьезный подход для периферии, — возразила Шая, поднимая свои карты. — Слишком… театрально. Я читала отчеты. Символы, ритуал, отсутствие признаков разложения. Это не похоже на пьяную драку.
Нандор пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым.
— Может быть. Подумаем об этом, когда доберемся и пообщаемся с неким Громовым. Этот тип меня интересует куда больше, чем пьяные байки о черной магии. — Он посмотрел на карты в своей руке, и на его губах появилась хищная улыбка. — Вот тебе две «дамы».
Глава 7
— Кто к тебе приходил⁈ — голос Корнея в трубке был резким, лишенным обычной дружеской иронии.
Я стоял у окна, глядя на оставшие разводы после дождя и на то, как солнце скупо продирается через густые тучи. Телефон привычно лежал в руке, прижатый к уху.
— Один из оккультистов, — ответил я спокойно. — Мы говорили на дистанции. Говорю прямо — не решился его скручивать. Во-первых, не знал, один он или с подмогой. А во-вторых, — я сделал паузу, — у него при себе явно было оружие. Но, кажется, его послали только «поговорить» со мной. Не устранять.