— Ты проходишь тут как свидетель?
— Типа того, — он дернул бровями. — Приехал сюда, когда от парней долго не поступало ответа, и увидел картину маслом.
— Что они тут делали? — уточнил я, осматривая старое помещение, которое больше походило на развалины, чем на место для попойки.
— Отдыхали, ети их в дышло. Земля им пухом.
Я кивнул.
— Я сделаю все что в моих силах.
— Угу, — только и ответил Грим.
Я повернулся к девушкам. Они стояли у самого входа, бледные как призраки. Алиса прижимала руку ко рту, ее глаза были широко раскрыты от ужаса. Лидия, хоть и держалась, вцепилась в ее плечо с такой силой, что побелели костяшки.
Ну, хоть не стошнило, как в первый раз. И на том спасибо.
— Алиса, фото. Лидия, протокол, —обратился я к девушкам, чтобы вырвать их из шокового состояния. Они вздрогнули, но подчинились.
Я надел перчатки. Знакомый щелчок латекса вернул меня в рабочее состояние. Я подошел к первому телу.
Глава 20
Я опустился на одно колено рядом с телом, игнорируя липкую от крови поверхность пола. Холод, исходивший от досок, проникал даже сквозь плотную ткань брюк. Запах в помещении был почти осязаемым — густой, тошнотворно-сладкий коктейль из свежей и уже сворачивающейся крови, смешанный с острой вонью пороха и соленым морским воздухом, который врывался в разбитые окна.
Я начал осмотр.
— Тело мужчины, двадцать пять-тридцать лет, — диктовал я, и слова, холодные и отстраненные, ложились на бумагу, превращая трагедию в сухой отчет. — На передней поверхности грудной клетки множественные колото-резаные ранения. Для уточнения требуется более детальный осмотр в морге.
Раны располагались слишком… упорядоченно. Слишком близко друг к другу, все в районе сердца. Не хаотичные удары в пьяной драке, а довольно точные и нанесенные с пониманием, куда и зачем бить. Словно кто-то методично, раз за разом, всаживал нож.
— Что видишь? — голос Грима, тихий, но настойчивый, прозвучал прямо у меня за спиной.
— Вижу, что тот, кто это сделал, знал, куда бить, — ответил я, не поворачиваясь. — И очень хотел убедиться, что он мертв. Слишком много ударов для простого убийства. Я бы назвал это показательной казнью.
Я перешел к следующему телу, тому, что лежал, перегнувшись через стол. Спина его форменной куртки была пропитана кровью и разорвана в нескольких местах. Маленькие, аккуратные отверстия.
— Входные пулевые, — констатировал я, указывая на них. — Калибр небольшой. Группа выстрелов очень плотная. Стреляли в спину, с близкого расстояния.
Они не сражались. Они сидели за столом. Возможно, выпивали, разговаривали. И в этот момент кто-то вошел и просто расстрелял их в спину. Быстро, эффективно, без шансов, застав группу людей врасплох.