Но каждый раз, когда я оборачивался я видел его, лицо не исчезало, оно двигалось над крышами. Следовало за мной и наблюдало.
А затем откуда-то издалека начали пробиваться голоса. Сначала тихо, но со временем они становились все громче. Словно кто-то постепенно увеличивал звук.
— Я же говорил…
Недовольный голос был точно мужской.
— …что его надо было привести поговорить…
Другой голос ответил почти сразу:
— Так мы это…
Пауза.
— И привели поговорить.
Мир вокруг меня дрогнул и улица передо мной пошла рябью, фонари размазались, брусчатка исчезла, но тут же появилась снова.
Я моргнул и вновь стоял посреди того же города. Только теперь совершенно один, остался свет. Идеально ровный и безмолвный. Я посмотрел по сторонам. Невероятно красиво, вот таким он должен быть.
Город будущего. Город, который можно построить, который обязан появиться, не ради денег или барона, а ради простых людей.
Сзади снова раздался тяжёлый вздох, я даже не хотел оборачиваться, потому что уже знал благодаря шестому чувству, что голова вернулась.
А потом и по тени на мостовой увидел, что вернулась. Она буквально нависала надо мной, заполняя половину неба.
Глаза смотрели внимательно и изучающе, будто оценивали, взвешивали или приценивались.
По спине пробежал холод, очень знакомое ощущение. Точно такое же, какое было у меня вчера во время разговора с людьми барона.
И в этот момент голоса прорвались снова и теперь намного отчётливее.
— Очнулся?
— Вроде бы нет.
— Сколько прошло?
— Часа два.
Мир тут же треснул словно стекло. Улица рассыпалась осколками вниз в темноту, фонари исчезли. Свет погас и я, оказавшись в темноте, открыл глаза.
Первое, что почувствовал — боль. Голова раскалывалась, а во рту пересохло. Точно, меня ведь ударили по голове, когда я вышел из кареты… Только что было сейчас? Это был сон? А тут действительно так темно или я не могу открыть глаза?
Я попытался нащупать своё лицо и понял, что лицо опухло, но я его чувствовал.
Свет… если получится создать маленький источник света.
Я стал собирать всю свою энергию, но после всех опытов с кристаллами её было слишком мало. Получилась едва заметная искра, а в теле ощутилась абсолютная пустота, зато глаза всё таки открыты.
— Гляди, — услышал я голос позади себя.
Последовал какой-то шелест сзади, но обернуться не было сил, и вновь тот же голос.
— Это он чего за дрожащий огонек сделал?
— Да кто его знает, колдовать похоже начал, — возник второй голос.
— Да?
— Да.
— А нам говорили, чтобы тихо сидел…
А следом раздался свист воздуха и я ощутил очередной удар, но теперь сзади.
Последней мыслью перед новой темнотой стало: «Нет… ну это уже хамство…», а следом услышал обрывок фразы: «Кажется опять перестарался». И сознание вновь провалилось в пустоту.