— Мне ужасно жаль беспокоить вас, хозяин, но нам нужно обсудить несколько вопросов, — сказал пожилой мужчина, поправляя монокль. Он поправил старую, кое-где в заплатках, но безукоризненно чистую рубашку, и сел рядом с нами. — Грэг, мальчик мой, сделай одолжение, загони поросят в сарай, пока не пошел дождь.

— Думаешь, сегодня будет дождь? — с сомнением спросил, глядя на золотые солнечные лучи, которые стремительно прогоняли остатки утреннего тумана.

— Не знаю, но мадам Брайт и ее поврежденное крыло никогда не ошибаются, — нежно улыбнулся управляющий, его большие уши затрепетали.

Все уже давно поняли, что так он смущается, поэтому мы с Грэгом обменялись удивленными взглядами. Это была самая тщательно охраняемая, но все равно всем известная тайна Медвежьего угла. Наш старый Бруно пылал страстью к эксцентричной жрице-целительнице, которая жила в небольшом домике к северу от нашего поместья.

Она оказала нам большую услугу, согласившись лечить всех, на чью доли выпали неприятности. Сначала Сет с Грэгом, а потом и я, когда поймал проклятие, которым наградил меня Дастин Лонг. Если бы не мгновенная реакция сокола и не тошнотворные настойки и травяные отвары мадам Брайт, которыми она меня отпаивала, я, вероятно, не смог бы прийти в себя и восстановить силы так быстро. Продолжал бы валяться в постели вместо того, чтобы заниматься делами.

— Лучше сделай, как велит Бруно, — попросил мальчика, решив довериться суждениям стариков.

— Хорошо, — он вздохнул, хотел еще немного посидеть со мной, но покорно встал и пошел к лестнице.

— Хорошо, — он вздохнул, но все равно встал и направился к лестнице.

— Кстати, спасибо за кофе, — окликнул мальчика, и на его лицо вернулась улыбка, он резво спустился по ступенькам и побежал на пастбище. Мне пришлось на время выбросить из головы все странности, связанные с поведением Грэга, и сосредоточить все внимание на управляющем. — Что я могу сделать для тебя, Бруно?

— У меня есть для вас кое-какие новости, хозяин, — чопорно сказал он. Сколько бы я ни просил называть меня по имени, этот приверженец порядков и традиций ни в какую не соглашается.

— Сет? Кристофер? — они первыми пришли в голову, потому что мысли об этих людях посещали и беспокоили меня чаще всего. Взял рубашку, которую снял перед медитацией, и быстро надел ее.

— Кристофер все еще пытается разобраться в том.что затевает Алек Сван, — отчитался Бруно и снял монокль, чтобы отполировать его рукавом. — Я отправил к нему Бертрама с манжетой, как вы и просили.

Кивнул, потирая круглый шрам, оставшийся после проклятия Лонга. Кристофер выглядел как более старая версия Бруно, только с деревянной ногой в придачу, и был таким же добрым и преданным. Перед последним боем он одолжил мне свою зачарованную манжету, чтобы ослабить боль в руке. Это помогло мне сосредоточиться на бое с Лонгом и сохранило жизнь.