И тут на кухню ворвалась Шелли, словно солнечный луч в пасмурный день.
Передние пряди её волос были стянуты в забавный узелок на макушке, чтобы не мешали, а остальная копна падала на плечи светлым водопадом. На щеке красовалось маленькое пятно грязи, но её улыбка была сияющей, глаза — озорными.
— О, вот вы где! — воскликнула она с воодушевлением. — Грэг, дорогой, надеюсь, ты не обидишься, но мне придётся похитить Макса. Его ждёт небольшой сюрприз!
— Сюрприз⁈ — загорелись глаза мальчика.
— Боюсь, тебе он вряд ли понравится, — весело подмигнула она и легко зацепила пальцем его нос.
— А-а-а, понял. Опять ваши нежности! — фыркнул Грэг, закатывая глаза. — Тогда сам по себе, пап. Я в это не лезу.
Он помыл руки и отодвинул меня в сторону локтем, притворно ворча.
Я рассмеялся и обнял его за плечи.
— Тогда отправляйся спать. И запомни: спать, ясно? Никаких брокколи!
— Никаких брокколи! — радостно повторил он, с довольным видом, будто у нас теперь был секретный пароль, известный только нам двоим. — Спокойной ночи, Шелли!
— Сладких снов, дорогой, — ответила она тепло. Мальчик убежал в коридор, оставляя за собой след хорошего настроения.
Шелли же, чуть склонив голову, озадаченно спросила:
— Что такое брокколи?
Я, не моргнув глазом, заявил:
— Злобный овощ, посланный на Землю, чтобы терроризировать человечество.
Она расхохоталась, с трудом сдерживая веселье. Потом сделала шаг ко мне и обняла за шею, ловко скользнув руками мне под куртку, чтобы прижаться ближе.
— Ты только больше запутал меня, — сказала она, смеясь и пряча лицо у меня на груди. — Но мне не привыкать.
Я обнял её в ответ, вдыхая её запах — смесь лаванды и теплого хлеба. В её прикосновении было столько жизни, что мне не хотелось отпускать её никогда.
— Хочешь, расскажу тебе маленький секрет? — её голос прозвучал тихо и немного таинственно.
— Это было бы великодушно с твоей стороны, — шутливо отозвался я, мягко прижимая её к себе и чувствуя, как она улыбается сквозь дыхание.
Глава 18
Мне всегда нравилось, что Шелли была такая миниатюрная. Когда я обнимал её, она ощущалась в руках как фарфоровая статуэтка — хрупкая, теплая, настоящая. Это заводило меня так сильно, что мозг попросту вырубался. Оставалась одна животная потребность: закинуть её на плечо и утащить в пещеру для самого настоящего первобытного секса.
Иногда мне казалось, что стоит ей только появиться на горизонте — и всё, конец моей самообладанию. Но, к несчастью, на мне висели не только желания, но и обязанности Ашера, а они, сволочи, никогда не давали расслабиться как следует.