Когда его рассказ подошёл к концу, я так широко раскрыл рот от изумления, что чуть не выронил кружку. Быстро прикрыл рот ладонью и прочистил горло.

— Грэг, — негромко спросил я, — сколько тебе было лет, когда тебя вынудили бежать?

— Только начался мой восьмой сезон, — ответил он тихо.

Восемь? Всего восемь лет?

Мне вдруг стало не по себе. Как ребёнок в восемь лет вообще мог выжить один в новом месте?

— И ты всё это время был один? — задал вопрос, который не мог оставить в себе.

— Да, с тех пор, как прибыл на Сканно, — подтвердил он, словно это было чем-то обыденным.

— Чёрт… — выдохнул я. В этом мальчишке было нечто, что вызывало во мне не просто жалость, а уважение — глубокое, почти братское уважение. — Ты хоть понимаешь, что только самый смелый и находчивый ребёнок смог бы выстоять в таких условиях?

— Мне уже четырнадцать, — пожал плечами он, будто это ничего не значило, но я заметил, как он немного отвернулся, смущённый моими словами.

— Больше никому не позволяй заставлять тебя чувствовать себя хуже, чем ты есть, — сказал я серьёзно. — Понял меня?

Он кивнул, чуть улыбаюсь уголком рта.

— Но и своих способностей не показывай просто так, — продолжил я. — Пусть лучше люди считают тебя обычным. Если никто не будет знать, на что ты способен, тебе будет проще.

— Хорошо, — снова кивнул он, его глаза сверкнули коротким огоньком понимания.

Я на мгновение замолчал, разглядывая его, потом спросил, прищурившись:

— А теперь объясни-ка мне одно. Как ты можешь спать сам, если носишься по снам других людей?

Грэг поёрзал на месте, будто собирался выслушать нагоняй.

— О-о, вообще-то… — он виновато глянул на меня. — Спит только моё тело. Сознание бодрствует всё это время.

— Так я и думал, — буркнул я и ткнул пальцем в темные круги под его глазами. — Тебе нужно отдыхать, Грэг. Ты не можешь каждую ночь караулить меня на границе моего сна. Как бы сильно ни хотел помочь — тебе нужен настоящий отдых.

— Но что, если ты снова попадешь в Темное царство?

— Темное царство? — нахмурился я. — Это еще что за место такое?

— О, я так называю особенные сны, — ответил он после короткой паузы. — Даже не знаю, как описать, чтобы ты понял. Темное царство… оно глубже, тяжелее и намного реальнее обычных снов. И туда по какой-то причине могут попасть только Странники и те, в ком течет их кровь.

— Ты случайно не про тот странный светящийся лес, где, кажется, одежду еще не изобрели? — спросил я, вспомнив дикий сон, в котором пришлось сражаться с теневой версией самого себя.

По пояс голым, кстати.

— Именно, — хохотнул Грэг. — Но я, знаешь ли, нашел способ обойти этот запрет на одежду.