— Пожелал?

— Конечно!..

— Теперь свободен!

— Иду, иду! Всем добра, люди, всем добра!.. — и выкатился так же, как вкатился.

— Гос-споди… — просвистел сквозь зубы Марусев. — Вот ведь черти носят… Стоп! Минутную готовность отменяем. Вика!

— Да? — подскочила ассистент.

— Что за чушь тут в сценарии! Посмотри-ка.

Они вдвоем стали разбираться в исписанных бумажках, а меня разобрало любопытство:

— Извините, — обратился я к соседу, — а этот самый… Кулебякин. Кто он таков? Вы знаете?

Тому любое внимание со стороны, всякий вопрос были как маслом по сердцу:

— Н-ну!.. Кулебякина каждый знает!

— Хм. Я не каждый. Не знаю.

— А-а!.. Вы, наверное, тут в первый раз?

— Думаю, что и в последний, — усмехнулся я.

— Почему⁈ — искреннее удивление в лице и голосе.

— Увидел Париж, можно и помирать.

— В смысле?..

— Да неважно, — улыбнулся я. — Так что Кулебякин?

— Ну, это целая история!

Я узнал, что сей странный персонаж — своего рода легенда «Останкино». По словам собеседника, в детстве каким-то образом мальчик Ваня Кулебякин снялся в эпизоде знаменитого фильма «Тени исчезают в полдень». И заболел кинематографом. Мечтал и мечтал сниматься в кино… но не срослось, Бог весть почему. Тогда он, уже в перестроечные и постперестроечные годы тоже неведомым путем проник на телевидение, резко переквалифицировавшись. Теперь он позиционировал себя как экстрасенс и колдун, причем со специализацией «управление погодой». Якобы может разгонять облака, вызывать дожди, метели… Однажды снялся в какой-то из программ Дмитрия Диброва — и с тех пор шатается по коридорам телецентра, причем относятся к нему здесь как к безвредному домовому. Типа — ну раз уж есть, пусть будет…

— Шарлатан, конечно. Диброва совсем достал до печенок. Но как-то привыкли к нему все… Можно сказать, вроде талисмана.

«Валентино» увлекся, готов был говорить и говорить, но тут слава Богу, Марусев с Викой разобрались в своих записях.

— Все, начинаем! — воскликнул ведущий. — Кто у нас на очереди?

— Пожарные и «Скорая помощь», — произнес голос пространства.

— Приступаем! Массовка, внимание!

— Тихо, — прервал я балабола, и тот заткнулся.

— Запись, — разнеслось сверху.

— Здравствуйте… дорогие зрители!.. — заголосил ведущий.

И вторая передача покатилась по колее. Здесь участвовали уже вполне взрослые люди «благородных профессий», как определил Марусев, «наши спасители». Сотрудники каких-то из множества пожарных команд и станций «Скорой»… Неожиданно смотреть состязание взрослых оказалось в чем-то потешнее, чем детей. Вот как пожарные могли передать друг другу слово «вдохновение»?.. Да так, что получилось у них «облегчение».