— Он…

— Приди ты сюда парой лун позже…

— Как я и собирался заставить себя на обратном пути…

— Он бы встретил тебя отточенной сталью — глухо произнесла девушка — Слов извинений порой недостаточно, чтобы унять горькую обиду. Разумом он понимал, что ты ошибся. А вот ярость в сердце унять не мог. И то, что поселилось здесь в почернелой мокрой чаще… оно прекрасно поняло какое обещание надо пропеть вечно что-то бормочущему отшельнику, чтобы струны его души с готовностью зазвенели в ответ…. Но не тревожься, Рург. Я очистила затопленные тьмой мысленные подвалы его разума.

— Он… здоров?

— Пока что — да. Но здесь ему оставаться нельзя. Мы, сильги, говорим, что лучше жить вечной бродягой, чем жить где попало и с кем попало. Вечная дорога прочищает разум, успокаивает мысли, дарит новые встречи и уводит от старых обидчиков и неприятных душе мест. Нимроду пора пуститься в долгий путь, что приведет его домой.

— Ты слишком молода для столь мудрых речей.

— Ты тоже не слишком стар, но слишком уж рассудителен для палача.

— Было время подумать — пожал я плечами.

— Как и у меня — эхом отозвалась девушка и затихла.

Ночной лес вокруг нас болезненно постанывал, покряхтывал, надламывался и жадно чавкал невидимыми ртами. Мертвые листья, убитые скорее гнилью, чем широко шагающей осенью, липли к лицу и одежде, а под ногами беззвучно сминались и лопались змеящиеся длинные корни.

— Без факелов туда никак нельзя — прохрипел Нимрод Ворон, снимая крышку с зажатого в развилке дерева бочонка — Вот ведь оно как… а раньше туда было и без света хаживал, чтоб прогнать очередного глупого мальчишку, решившего доказать, что он не трус… Берите факелы. Берите каждый по два. Так оно спокойней будет…

* * *

Пещера встретила нас не зияющим темным зевом, чего я подспудно ожидал, а каменной кладкой, что заложила неровности входа, обрамляя деревянную дверь. К двери вела каменистая дорожка, что оказалась удивительно сухой в этом влажном и чавкающим грязью под ногами месте. Хрустнув мелкими камнями, что застряли в покрывшей подошвы моих сапог корке грязи, я с большой задумчивостью обвел взглядом то, чего уж точно никак не ожидал — дверь была подперта двумя толстыми бревнами, а внизу укреплена булыжниками. При свете запаленных факелов и масляной лампы, выхваченные из темноты укрепления вызывали странную тревожность.

Для чего все это?

Неужели стремящиеся доказать свою храбрость мальчишки могут навредить пещерным захоронениям? Или там внутри стало так опасно, что Нимрод Ворон приложил немалые усилия, дабы не допустить подобного?