Атаки вдоль берега перемежались навалами на высоты. Но тоже безрезультатно. Попытки скинуть пустоградцев и драаранцев с холмов раз за разом оканчивались неудачей. Скорее всего, они были призваны просто отвлечь расположившихся на верхотуре стрелков, чтобы те, в основном, стреляли по лезущим и ползущим наверх, а не по тем, кто тщился разбить «вагенбурги».

«Мясной» штурм холмов и повозок длился почти два часа, но противнику так и не удалось добиться хоть какого-нибудь успеха. А когда натиск начал ослабевать, командующие «гуляй-городом» дали команду «Вперёд!»

Чего-чего, а такого враг точно не ожидал. Вместо того чтобы и дальше стоять на позиции насмерть или, наоборот, отойти, те, кто стоял за щитами, неожиданно расцепили повозки и вручную покатили их мимо наваленных кучами трупов, подминая колёсами пропитанную кровью траву и походя добивая орущих и стонущих раненых (а чего с ними, мать их, возиться, с вражинами?).

Продвинувшись так на сотню шагов, повозки снова сцепили и снова заняли места у бойниц.

Их вновь попытались атаковать и вновь безуспешно. Каждый последующий штурм выглядел явно слабее, чем предыдущий. Похоже, что у противника просто заканчивались солдаты, готовые умирать бессмысленно и без пользы.

Примерно к полудню атаки на фланги наконец прекратились. Имперцы отошли к дальним холмам.

По всем правилам военной науки, в сражении должна была наступить передышка, во время которой противники подсчитывают потери, производят перегруппировки, подтягивают резервы и размышляют, что дальше. Стоит ли продолжать эту битву или же будет лучше дождаться вечера и предпринять в темноте какой-нибудь хитрый манёвр, что склонит чашу весов в нужную сторону.

В отличие от имперцев, мятежникам передышка ничего позитивного не несла. Резервов у них не имелось, а ждать, когда враг усилится, означало проиграть и погибнуть. Однако атаковать закрепившегося на высотах врага выглядело вообще суицидом, и враг это знал лучше кого бы то ни было.

— Готовы? — спросила Рейна у установившей, наконец, свои катапульты «хранительницы».

— Готовы, — кивнула та, поднимая ладонь ко лбу и вглядываясь в парящую над холмами «летуху».

Запустивший голема маг стоял возле Лики, готовый передавать картинку с БПЛА в режиме реального времени.

— Начинайте, — дала отмашку «хранительница».

Глухо ударил выбитый из маховика стопор-клин. Засвистели быстро раскручивающиеся канаты. Освободившаяся ложка-лапа со скрипом взметнулась по длинной дуге, и через миг с оконцовки гигантского рычага в синеющие небеса взмыл небольшой, фунтов на тридцать, снаряд.