«Гранату» ей ещё перед выходом из Пустограда передал Дим, сказав при этом какую-то странную фразу, что, мол, это «оружие последнего шанса». Что означает «последний шанс», Рейна не поняла, но сама идея такого «оружия» ей понравилась. Тот же «напалм», заключённый в тонкую керамическую оболочку, но снабжённую не тёрочным воспламенителем, как у снарядов для катапульт, а специальным рунным, который одновременно являлся и предохранителем от случайного разрушения оболочки.
Огнесмеси внутри «гранаты» было не слишком много, но полыхнув перед носом противника, она действительно заставила Крамоса остановиться.
— Не спеши, салажонок! Успеешь ещё на тот свет, — зло прокричала Рей, осаживая кобылу.
— Ты⁈ — изумлённо выдохнул Крамос. — Но ты же…
— Хочешь сказать, умерла? — засмеялась «богиня». — Слухи о моей смерти, как видишь, оказались преувеличенными.
— Но я же ведь сам… — начал было магистр, но внезапно осёкся.
— Что сам? — изобразила заинтересованность Рейна.
— Неважно, — взял себя в руки Крамос. — Важно, что здесь и сейчас ты жива, и с этим надо покончить.
— Ну что же… попробуй, дружок. Только боюсь, на коне у тебя это не получится. Не хочу, знаешь, рисковать. А то ведь мало ли что? Вдруг это только слова, и ты убежишь без боя?
Конь под магистром внезапно всхрапнул, а затем рухнул наземь, словно подкошенный. Действительный член Конклава соскочил в него в самый последний момент, но внезапно споткнулся и пропахал носом землю.
— Не беспокойся, животных я не убиваю, как и лежачих, — фыркнула женщина. — Твой конь просто спит. А вот тебе, полагаю, стоит подумать о вечном. После такого провала твой император, я думаю, новую жизнь тебе уже не подарит.
Она спрыгнула с лошади, встряхнула руками и вытянула меч из ножен.
Призрачный дракончик сорвался с висящего на груди медальона и взмыл в небеса…
Глава 18
Первый блин вышел комом. Первая баллиста промазала. Всё-таки «изделие номер два» для стреломётов не совсем подходило. Внешне обычный горшок, который привязывали к тяжёлой и толстой стреле сразу за наконечником, аэродинамику ни разу не улучшал, поэтому, хочешь не хочешь, приходилось делать пристрелку.
Но даже и с промахом результат получился приемлемым. Горшок разлетелся вдребезги между двумя сотнями вражеских «кирасиров», несущихся на помощь своим, атакующим передовой «гуляй-город». Попавший на землю «напалм» полыхнул оранжевым пламенем. Кирасирские кони шарахнулись от огня и понесли седоков, словно бешеные, не слушаясь ни команд, ни узды, изрядно потоптав свою же пехоту.
Вообще говоря, ту огнесмесь, что я «изобрёл» в этом мире, правильнее было называть не «напалмом», а «греческим огнём». Рецепты последнего в интернете валялись пачками, некоторые из них улеглись в памяти, вот с ними я, собственно, и экспериментировал. Наиболее пригодным для здешних условий стал тот, где смешивались канифоль, сера, селитра и местное «земляное масло», сиречь, лёгкая нефть, которую в Империи добывали во многих местах, причём, не из скважин, а из глубоких колодцев. Откуда она тут появилась, фиг знает, но не воспользоваться таким полезным в быту ископаемым стало бы с моей стороны полной глупостью.