Эта дурочка Рейна сама подсадила часть своего астрального образа в маг-оболочку иммунного и подсадила к себе часть его. Наверное, думала, что таким способом привяжет «Леннира с севера» максимально надёжно. Примерно так же как раньше, когда она ещё называлась «богиней любовной страсти». Хотя сам способ, честно сказать, неплохой. Но только когда нет «третьего лишнего». А лишний сегодня имелся. Точнее, имелась. Лишняя. И не какая-нибудь, а дочь короля Стаура, наследница настоящей драконовой магии…
Лёгкое колебание сигнальных заклятий Астия ощутила на четверть секунды раньше бывшей «богини» и тут же переключила их на себя.
«Ого! Да это же сам иммунный!»
Лучшего момента для исполнения первой части своего плана нельзя было и придумать.
Быстренько разбудив Эрхан-бея, высокородная изобразила очередной порыв страсти.
Начальник ривийской гвардии не подкачал. Его объятия оказались крепки, чресла тверды, желания необузданны…
Глава 23
В лагерь я возвращался на автопилоте, словно сомнамбула. Не помню, как выбирался из рощи, не помню, как седлал лошадь, не помню, как отвечал на вопросы постов и секретов по типу «пароль-отзыв»… Перед глазами всё расплывалось, а если сливалось заново, то опять и опять в одну и ту же картину… где Рей и Аршаф… в том состоянии, когда никакие объяснения уже не нужны…
Конечно, я мог попытаться утешить себя, сказав, что это иллюзия, но, увы, это была бы неправда.
Потому что иллюзии я там не почувствовал. И значит, всё что случилось, случилось на самом деле.
Недаром, выходит, «погонщик» говорил о предательстве. Он знал. Заранее и, видимо, просто хотел подготовить меня к неизбежному.
Ну что же, ему это удалось. И это, наверное, правильно. Розовые очки снять лучше сейчас, ещё до того, как будет покончено с этой вонючей Империей, императором и лицемерами-магами. Пацан обещал, пацан сделал. А что будет дальше, его не касается. Может валить куда хочет, теперь тут и без него разберутся…
В себя я пришёл, только когда очутился возле собственного шатра в центре лагеря.
И в то же мгновение на меня накатило неожиданное спокойствие. Как будто внутри щёлкнул какой-то невидимый тумблер, полностью очистив сознание от ненужных эмоций.
— Никого не пускать без моего личного распоряжения, — бросил я охраняющим вход, увешанным рунными артефактами батальерам.
Излишества в моём походном жилище отсутствовали. Стол, полдюжины стульев, дощатая кровать (к слову, одноместная), стойка с оружием, три сундука, один из которых «тот самый», с ковчегом из Горок, обшитым серебряными пластинами и исписанный рунами «ничего интересного»… Плюс мягкий ковёр на полу, где так приятно барахтаться с дамой сердца…