Всего за пятнадцать минут они прошли четверть лиги, фактически разрезав имперскую армию на две части, окончательно рассеяв их конницу и обратив в бегство штурмовые отряды.

По самым скромным оценкам, от противостоящего нам первого армейского корпуса осталось менее половины. Но это была ещё не победа. Путь нашим «вагенбургам» и эскадронам преградила магическая защита. Судя по руне «познание», она состояла из двух десятков соединенных вместе призрачных сфер, подпитываемых не меньше чем сотней боевых магов с уровнем силы от третьего до магистра. Да-да, в этом магическом контуре я даже вклад самого сенешаля почувствовал, между прочим, действительно члена Конклава…

За плёнкой защиты уже выстраивались не поддавшиеся всеобщей панике части и подошедшие из тыла резервы. Числом, как докладывала разведка, не менее пяти тысяч бойцов. Правда, уже без конницы и достаточного количества лучников и арбалетчиков. Но зато с магами, которые до сих пор имели очевидное превосходство над нашими рунными мастерами.

В одиночку со всей этой шоблой я справиться, конечно, не мог. Да, собственно, и не пытался. Моя иммунность к магическому воздействию какого-то явного преимущества нам в этом сражении не давала. Здесь и сейчас она являлась лишь фактором сдерживания, гарантией, что если по нам станут бить атакующими заклятьями, то очень и очень дозированно, из-за опасений, что в ответ может прилететь многократно.

Решение в тех условиях, в которых они оказались, вражеские командиры приняли максимально простое и очевидное. Раз с нападением не выгорело, значит, надо встать в оборону и ждать, когда подойдут подкрепления. А подкрепления подходить не спешили.

О чём говорят по связь-камню Нарий и Дарша, я слышал, благодаря их собственной безалаберности. Не думать и даже не подозревать, что противник имеет возможность легко подключаться к их «магически защищённой» беседе — по мне, это верх разгильдяйства. Привычка считать себя самыми умными и самыми сильными сыграла с магистрами злую шутку. Поскольку сейчас (спасибо иммунности и захваченным раньше камням Гидеона и Луха) я мог не только слушать их в общем режиме, но и включаться в беседу от имени другого члена Конклава. Например, Ризена или Менония. Жаль, правда, что долго дурачить их я всё равно не смог бы. Рано или поздно они должны были обо всём догадаться. Но пока этого не случилось, пудрить магистрам мозги следовало по полной программе.

Времени, чтобы закончить эту программу, у меня оставалось не больше часа. За предыдущие шестьдесят минут сенешаль уже трижды связывался с командующей пятым резервным корпусом Даршей, требуя от неё выдвигаться к месту сражения. Та в ответ лишь отбрехивалась и тут же звонила патрону — мессиру Менонию, по секретному коду «синий один», попадая на мой связь-камень и устраивая истерику на тему «что делать, как поступить?». Я в ответ, изображая второго верховного, успокаивал дамочку и вновь просил подождать и никуда не идти: что, мол, ещё немножко, и всё будет абгемахт. Правда, теперь, чтобы этот абгемахт приключился, мне надо было обязательно предпринять что-нибудь эдакое…